Ох, как же он хорош! Каштановые волосы кажутся мягкими и вызывают желание запустить в них пальцы. Искристые зеленые глаза в обрамлении пушистых ресниц, рельефная грудь в вырезе форменной рубашки и сильные мускулистые руки, которые поймали меня в капкан, перегородив кресло.
Приходится отвесить себе мысленную затрещину.
Очнись, Хлоя! Это всего-лишь природный магнетизм двуликих, которым один наглый тип беззастенчиво пользуется."
"Торопливо прикрываю глаза. Надо что-то делать. Но что?..
Решение приходит тут же, простое как два цента и такое же надежное.
Искра магии срывается с моих пальцев и летит в чашку, которая все еще стоит на столе. Толчок. И брюки мужчины залиты тем самым дорогим и горячим кофе.
Одновременно я стягиваю свою магию, возводя между нами ментальную стену. Грубо, кое-как, но главное побольше, покрепче!
Наваждение тут же спадает.
Я облегченно выдыхаю и зло задираю подбородок, готовая принять бурю ярости и злости, которая сейчас обрушиться на мою бедовую голову. Но вместо этого мужчина неожиданно запрокидывает голову и смеется.
— Стрессоустойчивость — десять, умение ориентироваться — ноль, — отсмеявшись, хмыкает он, проводя острым блестящим когтем по моей шее ниже к вырезу блузки и ухмыляясь клыкастой улыбкой.
— Наглость — десять, соблазнительность — ноль, — шиплю я в ответ.
Дэниел ухмыляется, втягивает воздух и вновь наклоняется непозволительно близко, словно хочет что-то тихо сказать мне на ухо. А после вдруг замирает, почти касаясь моих губ. Высокий, мощный, пугающий.
Особенно в такой позе, когда я почти лежу в кресле под ним, всей кожей ощущая жар его тела.
Я тоже не двигаюсь. Да что там! Почти не дышу
В приемной резко хлопает дверь и раздаются голоса. Наваждение разрушено.
Мужчина шумно выдыхает и резко отстраняется, словно все это время не дышал. Выпрямляется, убирая руки с подлокотников и отходит обратно к столу.
Время словно вновь ускоряется, вырывая нас из тягучего оцепенения.
Шумно хлопают ящики стола. Мужчина вытаскивает пачку салфеток, пропитанных специальным алхимическим составом, и приводит себя в порядок, убирая сотворенной мной безобразие.
А я все еще сижу в кресле, раздумывая о том, что сейчас мне придется вернуться в Академию и под злорадным взглядом заместителя декана рассказывать, что мне отказали в стажировку. Слушать лживое сочувствие в духе: «Вот видишь, Хлоя, у тебя был шанс».
— Значит, проверку я не прошла?
Ох, кажется, это прозвучало слишком жалобно.
