Я даже не поняла, когда в потемневшем лесу остались лишь мы вдвоем.
— Может в квартиру? — предлагает Дэниел. — Там нормальный душ и отдельная комната…
Но я качаю головой.
— Доктор же просила присмотреть за дракончиками. И поздно уже. Давай задержимся на эту ночь.
Дэн кивает и мы возвращаемся в тигриную пещеру в джунглях. Точнее меня снова несут на руках. Я прижимаюсь к его обнаженному торсу, ощущая под пальцами гладкую и упругую кожу, налитые мышцы.
Дэн щеголяет лишь в новых штанах, пожертвовав мне свою очередную рубашку взамен предыдущей.
Она оказалась настолько изодранной после боя, что в прорехи можно было рассмотреть слишком многое. И если меня это просто смущало, то Кортеса похоже бесило до зубовного скрежета.
Я тихонько улыбаюсь сама себе.
А еще, кажется, у меня входит в привычку кататься на тигре. Я почему-то вдруг фантазирую, что и в самом деле забралась на теплую мохнатую спину хищника и еду, как на лошадке. Ой, главное не начать «понукать», а то еще котик обидиться.
На крыльце с удивлением обнаруживаем большую плетеную корзину с едой и даже с запотевшей бутылкой темного стекла.
Дэн запускает руку внутрь, выуживает какую-то записку, хмыкает и поясняет:
— Стиллер. Извиняется за пари. Но не слишком усердно.
— Вот жук! — выдыхаю со смешком.
— Не пропадать же добру, — практично пожимает плечами Дэниел и подхватывает корзину за витую ручку.
Как только в доме зажигается огонь в камине, сразу становиться тепло и уютно. И это почему-то заставляет вспомнить о тех, кто портил мою жизнь минимум последние пять лет.
— Как думаешь, что им теперь светит?
Не надо пояснять, кого я имею в виду. Кортес тоже понимает меня с полуслова.
— Как минимум запечатывание магии и рудники в горах Лакии, — хмыкает он, присаживаясь перед камином и закладывая в топку дрова. — И это если у них будет очень хороший адвокат. Мы же помним, что помимо того, что они грабили могильники и сбывали краденое, у них как минимум одно убийство и парочка покушений, в том числе с магическими пытками.
Увидим, что там еще Кирк Трейси накопает… А теперь — ужин.
Но прежде, чем наброситься на еду, Дэн отправляет меня в горячий источник, а после усаживает меня на диван и принимается за экзекуцию — точнее за мои бесчисленные ссадины и ранки.
— Ай! Ай-ай!
Только пищу, когда он прикладывает к моей разбитой губе ватный тампон с лекарством.
— Хлоя?.. — ворчит недовольно. — Одну минуту потерпи.
— Больно! — хнычу.
Он вздыхает.
