Таких девушек просто не могло существовать в природе.
Иногда Форасу казалось, что она — это греза, мираж, иллюзия. Что ее просто не существует на самом деле.
Та, которая в последнее время занимала все его помыслы…
Леди Катажина Лэверти.
В этой девушке была какая-то загадка, и Форас понимал, что если ее не разгадает — то просто-напросто сойдет с ума.
Это поначалу ему показалось, что он знает о ней все. Добытые Нортоном сведения оказались более чем исчерпывающими.
Мелкая аристократка, далеко не из самых знатных.
Не имеет своего жилья — проживает в каком-то скромном пансионе. А так же денег на наряды — может появиться на балу в платье, котором ее уже видели, что среди высшей знати неприемлемо. Отсутствие дохода вынуждает ее содержать собственную лавку, но дела там в последнее время идут не ахти. Все из-за ее ослабевающего аромагического дара, который, по слухам, вот-вот окончательно умрет.
Что сделает эту девушку еще на одну ступень ниже по социальной лестнице.
Он бы еще мог сделать ее своей любовницей, но уж точно не невестой.
А она должна была быть бесконечно этому счастлива.
Но…
Мало того, что Катажина вернула ему бриллиантовый склаваж, так еще и отказала в танце.
Прием у Клэев Форас вообще запомнил, как самый паршивый из всех, на каких ему доводилось бывать.
Катажина была в не в пример скромном перед остальными платье золотисто-кремового цвета… И все равно была в тысячу раз красивее, чем все дамы вместе взятые.
Не говоря уже о Монисе Вариен, которая разрядилась в красную парчу, до безвкусия пышно задрапированную и не имеющую ни одного свободного места от поналепленных повсюду розовых бантов.
Катажина. Легкий, почти невесомый силуэт, изящный поворот головы, блестящие темные локоны на лебединой шее.
Форас только увидел ее, и внутри что-то дрогнуло — остро и незнакомо.
Хотелось ощущать ее близко. Сжимать руку в атласной перчатке. Смотреть в волшебные фиалковые глаза.
Каково же было его удивление, когда она отказала ему в танце. Ему! Форасу Данталиону! Это просто не укладывалось у него в голове.
Правда, потом стало еще хуже — когда он увидел рядом с Катажиной баронета Педера. С ним, судя по добытой Нортоном информации, у девушки намечалась помолвка.
Форас не узнавал себя. Обычно сдержанный и хладнокровный, он с трудом сдерживался, чтобы не подойти и хорошенько приложить Грегори Педера о ближайшую стенку.
