— И мы все это забудем? Забудем, что ты меня предал…
— Ты не поняла, Катя, — перебил мой муж. — Не ей. ТЕБЕ лучше уйти.
И хотя я сейчас чувствовала себя так, словно меня сбил грузовик, мне хватило сил возмутиться:
— С какой это радости я должна уйти? Я здесь вообще-то живу!
— Ну, теперь жить не будешь, — пожал плечами муж.
А затем просто взял меня за плечи, сунул в руки куртку и вытолкнул за дверь, которая захлопнулась перед самым моим носом.
— Открой! Ты не можешь так поступить со мной! Что вообще происходит?
В отчаянье я пару раз ударила в металлическое покрытие кулаками.
До крови расцарапала костяшки…
За что и была вознаграждена. Соседняя дверь приоткрылась. Из-за цепочки с подозрением посмотрела соседка:
— Девушка, что за бардак вы устраиваете?! Еще хоть малейший шум, и я вызываю полицию! У меня сын там работает — приедут быстро.
— Но я… Я здесь живу… — я беспомощно провела пятерней по своим коротким волосам. — Я просто… Мой муж…
— Что-то ваше лицо мне незнакомо, — прищурилась бабка. — Впрочем, даже если и живете, это не повод устраивать на лестничной площадке скандалы! Надеюсь, вы услышали про полицию?
Звякнула цепочка и дверь захлопнулась.
Я еще пару раз позвонила в дверь своей (хотя, теперь сомневаюсь, что я могла назвать ее своей!) квартиры, но ответом мне была гробовая тишина.
Не отдавая себе отчета в том, что делаю и куда иду, накинула куртку и стала медленно спускаться по лестнице.
Признаюсь, был порыв вернуться и заколотиться туда с утроенной силой.
Может быть, мне откроет Гошка, мой Гошка, обнимет меня, закружит в воздухе и скажет: «Катька, милая! Ты вернулась! А я так скучал! Это была шутка, просто шутка, розыгрыш!».
И эта отвратительная сцена в нашей прихожке, свидетельницей которой я стала, окажется просто дурным сном. Развеется, как дым.
Ни за что так не поступлю. В конце концов, у меня есть гордость…
Но ведь, господи боже мой, мне теперь некуда идти! Раньше, если что-то такое бы случилось, я пошла к Юльке. Теперь, понятное дело, дорога туда для меня закрыта навсегда.
Но других подруг у меня не было, а значит…
Может, все же вернуться?
Чтобы не поддаться, я ускорила шаг, а затем и побежала.
2 глава
Примерно три двора я преодолела в таком темпе, а затем силы оставили меня.
Я без сил упала на лавочку на детской площадке и заплакала.
Никогда не считала себя нюней и размазней, но сейчас я именно так себя и чувствовала. И ничего не могла с этим поделать.
Два моих самых близких человека предали меня.
