А они тем временем очень быстро оказались тут как тут!
Тетушка Порция Клэй подошла ко мне в сопровождении Джулии, на которой было ярко-оранжевое платье, все сплошь украшенное черными узорами и бантами.
Кузина оценивающим взглядом скользнула по моему наряду и не удержалась от шпильки:
— Прелестный туалет, кузина Катиж! Очевидно, на него ушел весь твой полугодовой заработок? Интересно, а сейчас вошло в моду таскать с собой кормушку для блох?
— Это она обо мне? — Дарси пришел в состояние шока. — Обо мне? А ну, пусти меня, сейчас я покажу этой кожаной мымре! У меня отродясь блох не было! Сейчас я ей нацарапаю бантики на ее мерзкой физиономии!
— Кормушка для блох? Вы называете эти чудесные создания «кормушками для блох»? — послышался голос леди, которая находилась неподалеку.
Лет сорока, в пышном светлом платье, она была потрясающе красива, а на локте держала корзинку, которая была похожа на мою. В этой корзинке сидела кошка, такая же вислоухая, как и Дарси. Только окрас у нее был не серый, а с рисунком, как у котика из рекламы «Вискас».
Дарси посмотрел на эту кошечку с ощутимым интересом, так же как и она на него.
— Ваша Высокая Светлость Лексия Астарот! — воскликнула тетя Порция с подобострастной улыбкой. — Какая у вас милая кошечка, ну просто чудо!
— А вот ваша дочь так не считает, — усмехнулась жена главы демонов.
— Считаю, Ваша Светлость, просто я оговорилась! — принялась уверять Джулия. — Кошки — самые великолепные создания на свете.
Лексия Астарот была той, ради кого, собственно, я сюда пришла, и обратить на себя ее внимание было большой удачей.
Но я не успела вставить в разговор и слова, потому что тетя Порция как-то незаметно, но настойчиво утянула меня в сторону.
— У меня для тебя превосходная новость, Катиж! — вскричала она с энтузиазмом, который мне сразу не понравился. — Мы с баронетом Грегори Педером заключили по поводу тебя брачное соглашение. По его условиям ты обязуешься выполнять все пятьдесят пунктов его списка и в первый же год рожаешь ему наследника, который будет воспитываться его матерью.
Так же ты продаешь свою лавку, а вырученные деньги идут в качестве твоего приданного. Я сочла, что он имеет на все это право, потому подписала бумаги. Свадьбу сыграем через две недели.
— Что? — из моего горла вырвалось змеиное шипение. — Как вы посмели решать за меня? Я не выйду замуж за этого болвана!
— Очень даже выйдешь, — усмехнулась тетя. — Ведь после исчезновения твоей матери я — твоя патронесса и имею право решать за тебя.
