— Ну хотя, если очень надо… — она прильнула ко мне на плечо. — То могу и выдернуть. Кто она и что сделала? Она тебя бросила? Дура.
— Я её.
— Какой ты злой мальчик.
— Мальчики в яслях сидят. На горшках.
— Ну хорошо, парень, — снова засмеялась она. — Но всё равно злой. Ты сердцеед, Мир. Нельзя так с девочками. Мы же нежные, нас надо любить.
— Так получается.
— И что ты тогда расстроен? Ты же её бросил, а не она тебя.
— Неважно.
— Утю-тю, какой суровый Мирослав.
Её рука легла на моё колено и сжала. Пошла вверх.
Губы оказались возле моего уха.
— Ну хочешь, я тебя утешу? Как тогда, в гримёрке после репетиции…
Её губы коснулись мочки моего уха.
— Свет, — увернулся я от неё и скинул её руку.
— Что?
— Убери руки, — недовольно посмотрел я на неё.
Света отодвинулась и хмыкнула.
— Твоё сердце больше несвободно? Или член?
— И то, и другое, если тебе так это интересно, — ответил я ей.
— Уж не нашей ли новой Джульеттой? — изогнула она бровь.
Догадливая какая. Только член ей мой пока неинтересен. А жаль.
— Нет.
— Ой ли?
— Ой да.
— У нас-то отношения запрещены, вообще-то, — продолжала они липнуть ко мне.
Достала уже. Раньше она меня не бесила. Но сегодня…
— Я помню.
— Кстати, где же она? — спросила Света.
— Да, где же Диана? — встрепенулся Дмитрий.
Кинул на него острый взгляд. Этот-то куда?
— А тебе что? — спросил я его.
— Ну, как-то без Джульетты странный спектакль выйдет, не находишь?
— Тебе она всё равно не достанется, Тибальт.
Теперь уже Дима косо посмотрел на меня. Не понял: я только о спектакле и его исходе говорю, или вообще.
— Не придёт она. В больнице пока лежит.
— Ого, а что такое? — спросила Света.
— Сотрясение мозга получила.
— Где?
— Ну вот всё вам надо знать! Не будет её сегодня. Послезавтра придёт.
— А Фёдор знает?
— Естественно, я его предупредил.
Фёдор, будто услышав своё имя, появился на сцене. Прошёл по ней, держа в руках внушительную стопку листов, грациозно сошёл со сцены и оказался перед нами. Стопку устроил на краю сцены.
— Добрый вечер, господа актёры!
— Добрый вечер, — ответил ему нестройный хор голосов.
— Начинаем читку пьесы. Иди сюда, Лина, — поманил он одну из девчонок. — И Даша.
Они подошли к нему ближе. Тот отделил несколько пачек листов и вручил девочкам.
— Несите по рядам. Это сценарий. Не терять! Там правки, отличные от оригинала. Новый вам печатать никто не будет.
Когда у всех оказалось по экземпляру переработанной пьесы, Фёдор снова заговорил.
— Все актёры на месте, кажется.
