Большим-пребольшим.
— Тазик зачем?
— Чтобы свои слюни было куда собирать, текущие бурным потоком по великому и неповторимому Мирославу Ланскому!
— А, вот оно что, — улыбнулся он, и я вдруг осознала, что у этого обаятельного гада мягкая улыбка и милые ямочки на щеках. — Нужная вещь. Вот, освободил тебе несколько полок в шкафу. Мои вещи также остаются тут, потому что больше шкафов у меня не имеется в квартире, и я буду иногда заходить и брать их.
— Понятно, — ответила я. — Ты мог бы одеться?
— Я разве голый?
— Футболки очень не хватает.
— А что такое? — изогнул он бровь и стал наблюдать за мной. — Мне жарко.
— На улице не такая уж жара. Открой окно. А мне с тобой так говорить не очень удобно.
Он хмыкнул и вытащил несколько футболок. Одну надел на себя, вторую забрал с собой.
— Так лучше? — спросил он.
— Намного, — кивнула я.
— Ты всё равно уже всё хорошенько рассмотрела, да?
— Иди ты в жо… — Осеклась. Что-то во мне уже совсем неприличная леди проснулась.
— Куда-куда? — заржал Мир. — Диана и такие словечки — это то ещё зрелище.
— А я и не строила никогда из себя Леди Диану.
— Ты вообще ничего из себя не строишь, — заявил он совершенно серьёзно. — Ты такая, какая есть. И это круто. Знаешь, как мне все эти одинаковые размалёванные куклы надоели? Красивые, но глупые и бездушные.
— Какие глубокие философские рассуждения, — засмеялась я. — А тебе важна душа?
— Важна, Диан.
— Да ладно?
— Шоколадно! Ты меня совсем не знаешь. Так куда мне идти, Диан?
— Спать, Ланской!
Он усмехнулся.
— И тебе спокойной ночи.
Ланской ушёл в гостиную, а я закрыла дверь плотнее. А потом вспомнила кое-что и стала рассматривать её более внимательно. Никакого шпингалета здесь нет, только одна ручка и всё. Этот жук меня надул, выходит. Сказал это, чтобы я среди ночи не удрала в никуда. А теперь я уже и сама понимаю, что идти мне некуда, и ничего реально плохого он мне не сделает.
Ладно, Ланской. Попробуем с тобой ужиться. Я себе это представляю слабо, но пока выбор невелик.
Время уже позднее, но вопрос слишком серьёзный, чтобы откладывать звонок родителям.
Набрала номер мамы. Та взяла трубку довольно быстро и с тревогой спросила:
— Диана, ты чего так поздно звонишь? Что-то случилось?
— Мам, ничего страшного, — попыталась я её успокоить, хоть и знаю, что всё равно она взволнуется, когда узнает, что я лишилась дома. — Вы спите уже, наверное?
— Конечно, спим, Диан, — ответила мама. — Ты время видела? Половина одиннадцатого.
— Извини, — сказала я.
