Вот так Жуков и спас 4-ю армию немцев, а Белов почти 6 месяцев дрался в тылу у них почти без тяжёлого вооружения, тем не менее заставляя Гальдера всё время о себе вспоминать. Кстати, когда Белов, спустя 2 месяца боёв в тылу у немцев, прислал донесение об их итогах, Г. К. Жуков на нём начертал «Тов. Глушкевич. Вот образец бездарности. Г. Жуков. 28.02.1942». Да уж – куда там Белову до талантов Жукова …
Но вернёмся к окружению под Вязьмой 33-й армии и кавкорпуса Белова.
Белов прорвался, а стрелковые дивизии погибли.
Командовавший ими генерал-лейтенант Ефремов сделал себе самооценку – застрелился. И Жуков сделал себе оценку в мемуарах:
«Критически оценивая сейчас эти события 1942 года, считаю, что нами в то время была допущена ошибка в оценке обстановки в районе Вязьмы. Мы переоценили возможности своих войск и недооценили противника. «Орешек» там оказался боле крепким, чем мы предполагали …».
Интересно, кем это – «нами»? По всей книге «я решил», «я приказал», «я предлагал», а тут – «нами»! Не чужд скромности наш герой …
А как же Калининский фронт, которому тоже было приказано выйти к Вязьме? (Для чего к трём его армиям была добавлена ещё одна, а не две как Жукову).
Калининский фронт вышел не только к Вязьме, а продвинулся на запад чуть ли не до Витебска и Смоленска.
И. С. Конев
Вообще, в наступлении под Москвой зимой 1942 г. меньше, чем Жуков никто не продвинулся. Северо-западный фронт генерал-лейтенанта Курочкина, к примеру, ушёл далеко на запад, окружив в демьянском котле 106 тыс.
немцев. Может быть именно из-за таких успехов соседей Жуков и не упоминает, кто командовал Калининским фронтом. Ведь Георгий Константинович всегда хвастался, что это лично он «защитил свою столицу и взял вражескую». А Калининским фронтом, так далеко ушедшим на запад по сравнению с фронтом Жукова, командовал его заклятый друг – генерал-полковник Конев. Который тоже брал Берлин и который с некоторым скепсисом относился к полководческим талантам Жукова.
(Кстати, первыми в Берлин ворвались войска именно маршала Конева).
Генерал Ефремов
Как читатель видит, о Ржевско-Вяземской операции Западного фронта, в ходе которой погибла 33-я армия, Жуков пишет вскользь.
А ведь согласно директиве Ставки это был главный удар, который должен был нанести Западный фронт. Без него не получался замысел Ставки – совместно с Калининским фронтом окружить группу армий «Центр».
