При этом даже по формальному числу танков в 7 тыс. мы бы превосходили всех своих соседей, вместе взятых.
Самым дешёвым танком у немцев был танк 38(t), его ведь чехи строили – рабы (холуи?) Он стоил 50 000 марок. А бронетранспортёр Sd Kfz 251, который кроме двух человек экипажа брал и 10 человек десанта, или установку 320 мм реактивных снарядов, или миномёт и 66 мин, или на нём была установлена 75 мм пушка, или много ещё чего другого, стоил всего 22 500 марок, то есть дешевле более чем вдвое. Поэтому если бы мы вместо танков БТ (очень дорогих) строили бронетранспортёры, то на высвобожденных мощностях смогли бы построить их минимум 20 тыс.
единиц.
Вот в этом случае мы действительно имели бы 50 танковых (или механизированных) дивизий, способных оказать равноценное и даже более сильное сопротивление немецким. И если бы Тухачевский требовал такую структуру своих корпусов, то тогда да – тогда он в танковых войсках что-то понимал бы.
Уместно вспомнить слова Сталина, который высказался авиаконструктору А. Н. Яковлеву о «старых специалистах», которые в области боевой техники «завели страну в болото».
Он предложил ему быть откровенным, говорить прямо, после чего с тоской сказал: «Мы не знаем, кому верить».
Тяжёлый танк Pz.Kpfw.VI «Тигр»"
"Здесь дело не в старых специалистах, а в бюрократической системе управления Россией и затем СССР. Эта система даёт возможность плодиться «теоретикам», т. е. людям которые ничего не способны сделать в своей профессии и даже не понимают её, но, сидя по кабинетам, разрабатывают «теории» для своего дела и ругают «тупых» практиков, которые эти «теории» не внедряют в жизнь.
Эти люди оперируют в своём мозгу не имеющими отношения к жизни абстракциями. И когда я назвал Тухачевского «абстрактным маршалом» в газетном варианте этой работы, то полагал, что первый уточнил ему характеристику. Оказалось – нет, эту характеристику задолго до меня дал ему польский маршал Ю. Пилсудский в рецензии на книгу Тухачевского о советско-польской войне 1920 г. Пилсудский писал: «Чрезмерная абстрактность книги даёт нам образ человека, который анализирует только свой мозг или своё сердце, намеренно отказываясь или просто не умея увязывать свои мысли с повседневной жизнедеятельностью войск, которая не только не всегда отвечает замыслам и намерениям командующего, но зачастую им противоречит … Многие события в операциях 1920 года происходили так, а не иначе именно из-за склонности пана Тухачевского к управлению армией как раз таким абстрактным методом».
