То и дело она украдкой бросала взгляды на Бастьяна, ей казалось, он был загадкой, которую она никак не может разгадать. Дважды она начинала было что-то говорить, но замолкала. Если в ней есть хоть капля благоразумия, она должна его выгнать как сумасшедшего, которым он, по всей видимости, и является. Ничего из того, что он сейчас ей рассказал, не имело никакого смысла. Подобные вещи не могут быть реальными.
И все же Селина поняла, что ей… хочется во все это верить. Как будто девочка, которая верила в сказки братьев Гримм, наконец-то отыскала ответы на свои самые невероятные вопросы.
– Странно, – сказала Селина, – но мне почти что приносит покой мысль о том, что теперь я знаю эту жуткую правду, что почти умиротворяет. Ты уже…
– Есть еще кое-что, – осторожно прервал ее Бастьян.
Ее глаза распахнулись шире.
– Еще что-то помимо заколдованного мира смертельно опасных волшебных созданий? – недоверчиво уточнила она.
Впервые за вечер Селина увидела, как Бастьян колеблется. Однако затем он кивнул.
– Ты… тоже часть этого мира.
Ты этириал.
Селина чуть было не рассмеялась. Это же просто нелепо."
"Он наклонился вперед одним плавным движением. Нечеловечески плавным.
– Твоя мать – волшебница по имени Силла, правительница Летнего королевства Сильван Уайль.
Недоверчивый смех все же сорвался с губ Селины.
– Эта самая… – Кровь отхлынула от ее лица, когда она осознала всю правду. Волшебница. Правительница. Все это в настоящем времени.
Бастьян слишком внимателен, чтобы оговориться.
Селина подскочила на ноги, уронив медные ключи на покрытый коврами пол.
– Моя мать жива? – У нее ослабли колени, когда тяжесть этой мысли опустилась на нее.
Бастьян посмотрел на нее снизу вверх и кивнул.
– А ты… а ты… – начала вдруг заикаться она. – А ты ее видел?
И снова он кивнул.
Правой рукой Селина схватилась за горло. Сердце грохотало в венах, как испуганная лошадь.
– А она… – Селина прочистила горло, приказывая своему голосу не дрожать. – Она хочет увидеть меня?
Бастьян встал.
– Неважно, хочет она увидеть тебя или нет.
Что важно, так это хочешь ли ты увидеть ее.
Селина чуть не запнулась на ровном месте, когда сделала шаг назад. Бастьян двинулся было ей на помощь, но она вскинула руки, остановив его. А затем опустилась в бархатное кресло позади.
– Почему ты рассказываешь мне обо всем этом сейчас? – прошептала она, по-прежнему держась за горло и дергая за кружева ворота.
– Потому что я уважаю тебя. Не мне принимать за тебя решения, и неважно, чего хочу я сам.