Если этого не знают, то и часу ждать не будут! Какая-то сука сдала тебя с потрохами!
– Ясен пень!
– Значит, херсонские не успокоились…
– Может, так, а может, и по-другому. Ты про это пока никому тут не говори.
Они были в офисе вдвоем, остальных пацанов Ворон под благовидными предлогами удалил. Нечего болтать раньше времени – ничем хорошим это не кончается.
– Заметано! – Оскаленный кивнул. – Что делать будем?"
"– Есть человек, который их видел. Надо ему показать фотки херсонских и наших, которые сейчас в Карне.
– Ну, наших-то не проблема, – задумчиво произнес Оскаленный.
– А фотки херсонских откуда взять?
– А вот учись!
Ворон уже звонил в Карну и через минуту отдавал команды Морпеху.
– Эти ублюдки наверняка фоткались на совместной пьянке, или на природе, да и в полиции наверняка есть их рожи… Да хоть сам с фотоаппаратом за ними гоняйся! И наших всех пришли! Понял? Это хорошо. И второе: сделай мне новое приглашение. Все должно быть у меня завтра-послезавтра. Пусть Джузеппе прилетит и привезет. И не рассказывай об этом никому.
Бывай!
* * *Журналист Миша остановился в гостинице «Тиходонск». Ворон нашел его за завтраком, в кафе на первом этаже.
– Ну, что, откроешь у нас свой корпункт? – не здороваясь, подсел он к нему за столик. – Или не получается?
Миша не удивился и не перестал есть свою рисовую кашу.
– Что-то ваши начальники му-му водят… То помещений нет, то у них и так информационных агентств хватает…
– Тогда посмотри сюда. – Ворон положил перед ним пачку фотографий. Групповые снимки вороновских пацанов от херсонских отличались мало.
Пьяные рожи, гримасы, высунутые языки, «рога», подставленные друг другу. Были портретные фотографии из полиции, скрытые снимки службы наружного наблюдения. Миша долго рассматривал снимки, перекладывая их по нескольку раз, морщился, кусал губы.
Наконец, он отложил один: высокий худой парень садился в машину и привычно обернулся, проверяясь, но ничего подозрительного не заметил, хотя «топтун» крупным планом снял его лицо с выступающими скулами, впалыми щеками и настороженными глазами.
– Этот точно был! – Миша ткнул в него пальцем. – Скотина! Это он с меня деньги снял!
Ворон кивнул. Херсонский, по прозвищу Циркуль. Мадьяр часто привлекал его к активным действиям. И хотя сейчас он находился за решеткой, Циркуль вполне мог быть задействован в ликвидации вражеского главаря.
– Еще кто?
Миша в очередной раз тщательно пересмотрел фотографии. Он явно старался, даже вспотел от напряжения. Или от груза ответственности.
