– Умный больно! Могут специально подтянуться. Как стервятники.
– А мы чего, падаль? – угрюмо спросил Коряга.
– Вечером выясним, кто падаль, а кто нет, – зловеще пообещал Ворон.
Спустя полчаса две «убитые» Лады со следами коррозии на крыльях подъехали к районной больнице. Недругов там не было, и причина этого выяснилась тут же.
– Опять русские между собой подрались? – спросил пожилой врач у напарника, пытаясь распрямить Сяве пальцы. Сява постанывал, но сдерживался и матерился тихо.
– Наверное, – пожал плечами коллега.
– В центральный травмпункт тоже человек семь привезли. А из местных никого с побоями не было.
– Это мы тех козлов отметелили, – не удержался Сява. – Давайте уже, гипсуйте, видите же – кости сломаны…
– Спасибо, коллега, мы обязательно выполним вашу рекомендацию. – Травматолог повернулся к молоденькой медсестре: – Готовь гипс, Стефа. И лангетку.
Стефа кивнула и, понизив голос, спросила:
– А что он про метель говорил? Где сейчас может быть метель?
Сяву загипсовали, Шурупу зашили губу, Коряге сделали угол и намазали лицо толстым слоем довольно вонючей мази.
У него и Молдавана определили сотрясение мозга.
– Этому положено в стационар, – сказал по-русски врач, указав на Молдавана. Коряга покачал головой и тут же поморщился от боли.
– И вам тоже, – добавил доктор. – Хотя у вас легкая степень, но дня три-четыре надо побыть под наблюдением.
– Ложить никого не будем! – сказал Коряга и сунул в карман белого халата деньги. – Сделайте что надо, выпишите лекарства, и мы уедем.
– Как скажете, коллега! – согласился доктор.
– Да так всем спокойней, – вмешался Сява, многозначительно подняв похожую на клешню руку. – Вам надо, чтобы больничку вашу взорвали? Или сожгли на худой конец?!
– Нет, нет, ни взрыв, ни пожар нам не нужны! Езжайте, лечитесь, я вижу, вы все в медицине понимаете. А понадобится консультация – милости прошу…
* * *Вечером Ворон собрал почти всю бригаду на рыбацком причале. Не было двоих: Молдаван отлеживался на квартире, а Стасика Товароведа не звали на такие мероприятия.
Полтора десятка мужчин особого внимания не привлекали: группы рыбаков, задержавшихся на берегу допоздна за починкой снастей и баркасов, были здесь делом обычным. Нередко, после работы, мужики распивали ракию, а если повезет с уловом, то и пузатую бутылочку недорогого бренди «Солнечный берег». Тогда тонкий дух спиртного вплетался в витавший над причалом грубый запах протухших водорослей и пересушенной рыбы.
