Из-за вас, - выдыхает Люба, бросая взгляд на часы, будто от того, сколько минут успело пройти с момента, когда она ошарашила Аркадия, зависит то, сможет он её простить в случае чего, или нет. - И потому что мне кажется, я без вас не смогу быть счастливой.
- Но мы у тебя будем.
Алексей отстраняет меня, и я отхожу к окну, в которое выглядываю, вспоминая о том, как точно так же смотрела во двор, когда Казанский уезжал или, напротив, оставался возле моего дома. Сам же он присаживается на корточки возле Любы и говорит:
- Мы у тебя будем всегда.
Даже если ты вдруг станешь астронавтом и решишь улететь на Луну с исследовательской миссией.
Изо рта дочери вырывается судорожный всхлип, переходящий в нервный смех, а я вижу машину Аркаши, припаркованную возле подъезда. Значит, приехал за ней, несмотря на фортель Любы. Что ж... лишний повод обрадоваться тому, что она сделала правильный выбор.
- На Луну я улечу, если вдруг Аркаша от меня откажется, - мрачно констатирует дочь, стирая злые слёзы.
- Правильно, - поддакивает Надя, идущая в сторону выхода из кухни с чашкой чая и шоколадкой. - Лучше на Луну, чем снова в нашу комнату.
Снова разливается молчание. Люба шмыгает носом, Казанский, распрямившись, стоит напротив неё - он никогда не знал, что делать, когда его девочки плакали. Просто был рядом, как сейчас. И это неизменно
- двадцать лет ребёнку или два. Просто нужно дать ему знать, что родители поддержат и помогут - плохо ли ему или хорошо.
-Так, а что с рестораном? Вы утрясли все вопросы?
Я беру с подоконника блокнот, открываю на отмеченном закладкой месте и начинаю изучать список ресторанов, которые выбрали для банкета в качестве подстраховки.
На самом же деле почти ничего не вижу из-за того, что всё расплывается перед глазами. С годами я стала сентиментальной.
- Мам... не сыпь мне соль на перец...
- И всё же? Ресторан подтвердил банкет?
-Да.
- Вот и славно. А теперь беги вниз, садись в машину Аркаши и поезжайте готовиться к свадьбе.
- Он здесь?
Этот вопрос больше похож на вопль.
Люба подрывается с места и мчится к окну, выглядывает во двор, и я снова улыбаюсь, когда вижу, как на лице дочери появляется облегчение.
- И давно?
- Ну минут десять точно. А так - не знаю, не видела.
- Почему ты мне не сказала? А вдруг он бы уехал?
Люба мчится обратно в прихожую, куда следом за ней выходит Казанский. Они о чём-то тихо переговариваются, через пару минут за дочерью закрывается входная дверь.
