Но я хочу предложить один вариант, который, возможно, сможет вас заинтересовать, — я отложила все, сложила руки и приготовилась внимать. — Мне кажется, из вас бы вышла неплохая королева.
Я пару раз моргнула и рассмеялась. Почти как тогда, когда эмпат заставил меня веселиться до полусмерти. Но на этот раз совершенно искренне и действительно весело.
— Я и неплохая королева? — отсмеявшись, переспросила я. — Вот уж точно кажется.
— Вы себя недооцениваете.
— Это вряд ли.
— Готов попробовать вас убедить, — предложил Ликхар.
Ему тоже было весело, он сидел довольный и улыбался.
— Попробуйте, с удовольствием выслушаю о своих многочисленных и неоспоримых достоинствах.
Я подвинула бокал, намекая, что неплохо бы его наполнить. На трезвую голову такой разговор слишком тянет на галлюциногенный бред. Мне тут точно в еду ничего не добавляют? И ведь без магии и не проверишь.
Айрат без лишних слов разлил по бокалам остатки вина.
— Первое и самое главное ваше достоинство — иммунитет к драконьей чуме.
Конечно, можно взять вашу кровь, выделить из нее вакцину, прививать детей, но ничего не дает стопроцентную гарантию. А правитель, владеющий чумой, при этом сам ею не болеющий, в глазах людей должен выглядеть практически посланником ушедших богов.
Я разочарованно вытянула губы. Все же женщине хотелось услышать, какая она сама по себе прекрасная и замечательная, а не ее кровь.
— Второе. Вы из старой и влиятельной семьи, состоящей в родстве с нынешней династией правителей.
В этом есть некая преемственность.
— В дальнем родстве, — заметила я, чтобы кое-кто не обольщался.
— Пусть так, но это тоже аргумент. И наконец, вы сильный маг и вдобавок эмпат. Это хорошая наследственность.
— А как же большая и чистая любовь?
— Вы эффектная женщина, умная, хорошо образованная — это более чем достаточно, — было бы странно, если бы владелец Миасского банка рассматривал брак с позиции чувств. И кстати говоря…
— А что на это скажут ваши многочисленные жены?
— Я готов принять законы Мильдара и отказаться от многоженства.
Те браки совершены не по здешним обычаям и легко признаются незаконными, а дети от них — бастардами. Понятно, что я не брошу детей и они получат достаточно. Но права наследовать трон у них не будет."
"Ты подумай, все предусмотрел. Вот только и я не свободна. Но про Ксавьера я спрашивать побоялась. Его судьба предрешена, без лекарства он долго не протянет. Так что в расчет его никто не принимал.
