Мне как-то Хьюго рассказывал, что извержения в тех местах не редкость, а из-за низких температур лава остывает быстрее, с ней потом легче работать, она чище, без примесей других пород. Ближе мехов к драконам не подбирается никто.
— И ты думаешь, он поделится с тобой если не кровью, то информацией, где ее искать? — Ксавьер нахмурился.
— Других вариантов у меня нет. Кроме как пойти к драконам, но это оставим на крайний случай.
— Хорошо, давай сходим к мехам, — нехотя согласился Ксавьер. По-моему после истории с подпольными ингредиентами он не особо доверял мехам.
Или в принципе никому не доверял.
— Сходим? И что скажем? Привет, Хьюго, знакомься — мой муж, Ксавер Дагье, он лорд Тайны, и мы пришли узнать, не приторговываете ли вы драконьей кровью? Можешь рассказывать все без утайки, здесь все свои. Так ты себе это представляешь?
— Ксавьер уже не лорд Тайны, — поправил меня Морис. — Я в общих чертах объяснил его величеству о проблемах со здоровьем, так что твои полномочия приостановлены, сын, — развел руками свекор.
— Вот видишь! — обрадовался муж. — Как все удачно сложилось. Я теперь обычный гражданин.
— Нет, к мехам я иду одна, — отрезала я. — Они не станут говорить с чужаками.
— А ты для них прям своя.
— Я знаю их давно, со мной одной станут разговаривать, с кучей народа — нет.
— Два — это еще не куча, — не собирался сдаваться Ксавьер. Я же теряла терпение. Вот что он, спрашивается, спорит? Ведь понимает, что я права.
— Знаешь, — я наклонилась поближе к мужу и хитро улыбнулась, — мне кажется, у меня есть весомый аргумент в нашем споре.
— И какой же? — Ксавьер сложил руки на груди, показывая, что никакие аргументы его не проймут.
— У меня есть Дао, и он может снова погрузить тебя в анабиоз, чтобы не командовал.
— Он же теперь наш общий, мы ведь одна семья, — запротестовал муж.
— Расскажешь ему об этом, когда он приползет. Он тот еще маменькин сынок.
Высокий лорд сдулся, спор остался за мной.
— Если хочешь, ты можешь спросить у своего друга, владельца Миасского банка, не хранится ли у него законсервированная семейная реликвия? — решила утешить Ксавьера.
Чувствовать себя бесполезным ему было непривычно и неприятно.
— Смеешься, да? — вздохнул мой мужчина.
Мы все понимали, что триста лет никакая кровь не пролежит. Разве что самих ушедших.
— Вам задание — начать заново готовить недостающие вещества, — я обвела взглядом нашу доморощенную команду алхимиков. — У нас, спасибо Ксавьеру, есть второй комплект.
