Последняя неделя приготовления лекарства казалась мне бесконечной. Мы просыпались, наспех завтракали и шли в заменившую нам дом лабораторию. Алхимия требовала огромного вливания магии, отнюдь не все вещества можно приготовить на огне или растворить в жидкости. Многие доводились до нужной кондиции магически. И я как никогда радовалась, что нас четверо, будь мы с Майком вдвоем, не вытащили бы — резерва не хватило. А вчетвером дело шло бойко, вон даже у кое-кого энергии хватало на сомнительные развлечения. Правда запасы дров ученики почти восполнили и на лабораторное оборудование больше не покушались.
А еще мы пустили энергию парней в мирное русло — каждый вечер Рей и Кейв по очереди заполняли лабораторный журнал. Зание это было не самое веселое и увлекательное, зато, в случае чего, у нас будет пошаговое и подробное описание приготовления лекарства. Пусть я искренне надеялась, что нам оно больше не пригодится."
"Как ни странно, но больше всего мне помогали восстановиться и снять напряжение полеты на Фарго.
Пегаса нужно было проминать, чтобы крылья получали нагрузку и от полетов с наездником не отвыкал, а абы кого он к себе не подпускал. Только членов семьи и конюха. Но конюх остался в поместье Ксавьера, свекор показывался у нас ненадолго, чтобы пропасть потом дня на три-четыре, свекровь летать отказывалась, говоря, что смерть можно найти намного проще и на земле, а Фарго требовались регулярные полеты.
Меня он принял, конечно, не как родную, но хотя бы подпустил. Позволил закрепить особое седло с ремнями, фиксирующими наездника.
В глазах Майка и учеников отчетливо мелькала зависть, их пегас к себе не подпускал, разве что снисходил, когда ему предлагали яблоко или морковку, и то явно одолжение делал. А на нашем слабом сердцем грифоне особо не полетаешь — нагрузки ему противопоказаны.
Я уселась в седло, затянула вокруг бедер ремни, на которых пришлось проделывать шилом дополнительные дырки — все-таки делалось все под мужскую фигуру, и приготовилась лететь. Предварительно активировала артефакт отвода глаз, вмонтированный прямо в седло.
Так что наш полет должен пройти незаметно.
Летать мне раньше ни на ком не доводилось, поэтому воздушная наездница из меня вышла так себе. В седле я несмотря на все крепления держалась неуверенно.
— Надеюсь, ты знаешь, что делать, — шепнула я крылатому коню.
Фарго знал и понесся вперед, набирая скорость для взлета. Я, что есть силы, вцепилась в гриву, пригнулась и старалась не паниковать.
