Да, однако мастак наш группер — этакую штуку придумать! Интересно, выдержит нас веревка или нет? Зеленый с печальным лицом, перебирая ногами по скале, начал карабкаться вверх, добрался без происшествий и радостно завопил:
— Вон она, та поляна большая, внизу! Там машины и палатки — даже без бинокля видно!!
В течение десяти минут группа была наверху вместе со всем снаряжением и оружием. Последним вскарабкался Саня Федосов, контролирующий и страхующий подъём."
"Действительно, далеко внизу виднелась огромная поляна, на которой стройными рядами были выставлены машины и палатки.
С западной стороны, в распадке между сопками, виднелась грунтовая дорога.
— Брейк! Бинокль, блокнот! Рисовать с привязкой к местности и квадратам на карте! Смирный, связь! Заместитель — проверить вооружение и имущество! — начал отдавать команды Поповских.
Я взял командирский планшет, бинокль, повесил за спину РПК и в сопровождении Зелёного отправился вниз метров на триста к видневшемуся на спуске прогалу.
Взобравшись на дерево, примостился поудобнее, разложил планшет и на двойном тетрадном листе принялся изображать обнаруженный полевой лагерь. Вот и на хрена его рисовать? Нельзя, что ли, в группы специального назначения выдавать какие-нибудь маленькие компактные фотоаппараты. Щелкнул себе несколько снимков с различных ракурсов — и готово! Проявил потом в фотолаборатории и рассматривай под лупой, что да как. Рисовать пришлось довольно много: палаток было больше двух десятков, да и машин столько же, а то и больше.
Пришлось отмечать значками антенны, торчащие из аппаратных, позиции охранения, которые на моих глазах отрывали еле видные с большого расстояния матросы. Интересно, дошла наша «попутная колонна» или нет, ведь времени прошло уже больше двух часов. Наверняка дошла, ведь ехать им оставалось всего ничего. Однако я ошибался. Когда уже дорисовал дорогу и близлежащие сопки и нанес координатную сетку в масштабе, на грунтовке показалось облако пыли, и я приник к биноклю.
Вот она наша колонна — впереди пылит двухмоторный транспортёр, за ними машины и в конце аппаратная с кунгом. Долго же они ехали. Наверняка мичманец решил снова поохотиться, или поломались и чинились в неспешном порядке. Так что наш «Суворовский» марш дал нам неплохой выигрыш по времени. Начинало темнеть, и я все-таки спрыгнул с дерева на мирно похрапывающего напарника.
— Зелень, шухер — менты! — толкнул я его ногой в бок.
