— Не хватало ещё с ними подраться! — досадует она.
Пересадка не помогает — я постоянно ловлю на себе взгляды Степана, злые, вызывающие. Не понимаю, с чего у Хомяка нездоровый интерес к моей персоне?
— Значит, так: по окончании матча двигаем к выходу первыми и попытаемся затеряться в толпе, — принимает решение Катя. — А то, судя по взглядам, Хомяк решил сегодня тебя достать любым способом!
Матч завершается со счетом 1:0 в пользу футбольного клуба «Ростов». Ростовчане празднуют победу, наши фанаты приуныли.
Зрители начинают покидать стадион, обсуждая самые яркие моменты и делясь впечатлениями, и мы с Катей в первых рядах. Торопимся к нашему микроавтобусу, чтобы ненароком не столкнуться с Хомяком ещё раз.
Мы лавируем в толпе, но стоит подойти к автобусу, как я понимаю, что нам чертовски не везет. Эти уроды стоят возле микроавтобуса и зло скалятся. Вычислили, значит.
— Девочки, а вот и мы! — подмигивает мне Степан.
— Девчонки, поехали, покатаемся? — С другой стороны заходит Хвостов-младший и деловито обнимает Катю за талию.
— Что вы себе позволяете?! Уберите руки, мы не катаемся с незнакомцами! — строго отбривает его Катерина.
— А что такого? Заодно и познакомимся поближе, — не унимается он. — Здесь, на Левом, полно ресторанов. Шашлык, музыка. Посидим, побеседуем.
Катя закатывает глаза, убирает руку Константина, но тот не сдается: видимо, настроен добиться своего.
Степан дергает меня к себе, и я вмиг оказываюсь в его объятиях.
— Ты меня давно цепляешь, по-настоящему.
Повезло же моему братцу отхватить такую, как ты! — обжигает шею его хриплый шепот. Что-то темнеет в глазах.
«Ты — следующая!» — Яркая вспышка алых букв в подсознании. Мой слух распознает голос. Это он! Он произнес тогда в подвале фразу «Ты — следующая!»
Изумленно отшатываюсь, что-то обрывается внутри.
— Ублюдок, ты же там был… — рвется из моей груди хриплый стон. — Тогда, три года назад! Ты был в том подвале…
— Ты чего, дура, белены объелась?! — Степан бледнеет, выкатывает глаза, играя в удивлёние, но его замешательство видно невооруженным глазом.
Не думал, что я узнаю голос три года спустя. Костя Хвостов пятится назад, за автобус. Чует, мразь, что запахло жареным!
Уроки бокса, которые я исправно брала три года подряд, не оставляют Хомяку шанса на спасение. Собираюсь, как пружина, и с силой бью его в лицо кулаком. Охнув, Степан бледнеет и падает на колени.
— Тебе никто не поверит! — отчаянно хрипит.
