— Слышишь, ты, Дамир, — кричит Стас мне в спину, предпринимая тщетные попытки вырваться из лап охранника, — мы ещё поквитаемся! Не можешь забыть историю с Лейлой?! С Миланой будет тоже самое! И да! Я получил твой долг! Слышишь? Я!
Последние слова он кричит уже из машины, куда его впихнул охранник.
Захожу в дом. Ярость, которой наполняется все мое тело, заставляет меня вспомнить все, что мне пришлось пережить, пока я был в тюрьме.
Известие о смерти матери.
Страх быть убитым сокамерниками.
Разбитые надежды.
И месть.
Единственное, оставшееся во мне чувство.
И, если до разговора со Стасом я ещё сомневался, то сейчас уверенно иду в гостевую комнату.
28. Дамир
Ногой открываю дверь так, что она громко ударяется о стену. От этого звука Милана, которая сидит у стены, поднимает с колен голову и испуганно смотрит на меня.
Волосы уже высушила и следов слез и спермы на лице нет. И одежда на ней уже не ее. Переоделась.
В мою майку и спортивные штаны, закатав их внизу. Не очень эротично. Но мне этого сейчас и не нужно. Я и так достаточно возбужден. А злость, что она ослушалась и легла-таки под Стаса, ещё больше подогревает меня.
Шагаю к ней. Она вся сжимается. Беру ее за волосы и тяну вверх. Швыряю на кровать.
— Нет, — причитает она слабым голосом. — Нет. Я не могу. Не хочу.
Срываю с себя рубашку.
Милана переворачивается и пытается уползти на кровати.
Хватаю ее за щиколотку и тяну к себе. Она руками цепляется за край кровати.
Стягиваю с нее штаны и придавливаю ее своим телом, лишая возможности пошевелиться.
— Ты ослушалась меня? — зло говорю ей в самое ухо. — Я же предупреждал тебя.
— Но я… — она пытается повернуть голову ко мне. — Я… ничего…
— Замолчи!
Приподнимаюсь и рукой тяну майку с нее. Она удерживает ее руками. Тогда хлестко бью ее по заднице. Милана вскрикивает и я пользуюсь ее замешательством, одним рывком стягиваю майку и отбрасываю в сторону.
И сразу же меня обжигает жар ее тела.
Провожу рукой по спине и прихватываю ее за горло. Чуть приподнимаю голову и поворачиваю к себе.
— Ты не должна огорчать хозяина. Нельзя, говоришь, тебе? Пытаешься обмануть меня?
Вижу, как слезы собираются в ее глазах. Ещё мгновение и вот они уже стекают по ее щекам. Если она надеется так разжалобить меня, то очень ошибается. Меня уже давно не пронимают чужие слезы.
Встаю с нее и резко разворачиваю к себе. Хочу видеть ее глаза, когда буду трахать ее.
