Но не готов обсуждать ее с кем-либо.
— Я могу ее увидеть? — спрашиваю с надеждой в голосе.
— Нет. Она в реанимации и под наркозом. Мы не знаем, когда она придет в себя и как поведет себя. За ней следят.
— Если нужны деньги, назовите сумму, доктор.
— Нет, пока ничего не надо. Вы можете идти домой.
И потом, как будто что-то вспоминает, добавляет:
— Муж есть у нее? Или постоянный партнер?
Я хмурюсь. К чему такие вопросы? Уже иначе смотрю на врача. Не как на специалиста, а как на мужчину.
— Есть, — отвечаю твердо.
— Какое отношение это имеет?
— Есть подозрения, что эта женщина беременна.
При этих словах у меня как будто что-то отрывается в груди и тяжким грузом падает прямо к ногам. И тут же проступает холодный пот.
— О чем Вы? — спрашиваю и не узнаю свой собственный голос. — Кто беременна?
— Ну, женщина, которую Вы привезли. Это пока предварительно. У нее повышенный прогестерон. Более точные анализы мы проведем позднее.
— Жив?! Ребенок жив, доктор?! — перебиваю я его.
— Да, — спокойно отвечает он, — все в порядке.
Там срок совсем маленький, если он есть вообще. Поэтому и все обошлось. Вы передадите возможному отцу? Скорее всего, он не в курсе, потому что на таких сроках без медицинского вмешательства определить беременность сложно.
Я уже не слышу, что он рассказывает о возможных совпадениях, нарушениях и прочей медицинской лабуде.
Милана беременна?! Как?!
Нет. Как, понятно. Как осознать это? Это же там у нее мой ребенок. Моя кровь.
И глаза мои наливаются этой самой кровью, когда приходит осознание, что Ренат покушался на жизнь не только Миланы, но и моего ребенка.
Руки чешутся проехаться по его довольной физиономии. И кроме этого у меня есть для него еще кое-что.
Но сначала надо позвонить родителям Миланы. Они должны знать, что дочь в больнице.
Набираю Владислава Кострова. Он берет трубку лишь с третьего раза.
— Что тебе еще? — слышу крайне недружелюбный голос.
— Влад, — в отличие от него говорю спокойно, — Милана в больнице.
Называю адрес.
Я должен его дождаться. Мне надо как-то строить с ним отношения. Заново. Если это вообще возможно.
Пока жду его в коридоре больницы, пытаюсь осознать то, что Милана беременна. А это значит, что у меня будет ребенок. Пытаюсь понять свои чувства. Я никогда не хотел ребенка. Да, я даже не думал о нем.
Какой из меня отец? Зачем мне ребенок? А Милана? Знала ли она о беременности? Врач сказал, что очень маленький срок. Наверное, не знала.
Она хотела убить себя.
