Такая воспитанная, — с каждым словом он делает шаг ко мне. — Такая правильная.
Я стою у стола не в силах ни ответить, ни сделать хоть шаг. Он медленно подходит к столу.
— Нашла что искала? — спрашивает уже мягче. Или мне это только кажется?
Не отрывая от меня взгляда, открывает ящик и достает оттуда папку. Протягивает мне.
— На. Ты же за этим пришла?
Смотрю на папку в его руках. Наверняка, там эти злосчастные векселя. Но взять не решаюсь. Не верю, что он вот так просто отдаст их. Он не может.
— Это как же надо любить родителей, чтобы ради них идти на такое? — скорее не спрашивает, а как будто говорит сам себе.
— Ну, бери. Пока даю, — ухмыляется.
Протягиваю руку, чтобы взять у него документы, а он хватает меня за нее и тянет к себе.
— Ты пришла в мой дом, чтобы украсть? — пристально смотрит на меня.
Упираюсь руками в грудь. И его кожа обжигает. Он без майки.
— Нет, — стараюсь говорить как можно тверже. — Я пришла, чтобы рассказать. Объяснить.
Он внезапно отталкивает меня от себя. Садится в кресло.
— Ну, давай, удиви меня, — произносит с ухмылкой.
И я понимаю, что он не поверит ни единому моему слову. Поэтому молча достаю из сумки документы и кладу перед ним на стол.
— Вот.
— Что «вот»? — недовольно спрашивает.
— Лейла не виновата в том, что с тобой произошло. Вернее, она не по своей воле все это сделала. Тебе нужно искать другого человека.
— Кого?
— Прочти. Это письмо Лейлы. Прощальное. Помнишь, ты спрашивал меня, о чем мы говорили с ней в нашу последнюю встречу? Все ещё хочешь узнать?
Мне нужен его ответ, но он молчит.
Смотрит на меня и молчит. Но я не собираюсь уступать. Не отвожу взгляд. И жду.
— Если тебе есть, что рассказать, не тяни. Не испытывай моего терпения, — наконец, зло произносит он.
И я понимаю, что, похоже, настал тот момент, когда я смогу изменить что-то, переломить ситуацию и, кто его знает, спасти и спастись.
Мне некомфортно разговаривать с ним вот так, глядя в глаза, стоя перед ним, сидящим вальяжно в кресле. Поэтому я отхожу к окну, раскрываю шторы и смотрю в даль, точнее в темное небо.
Отмечаю про себя, что сегодня на нем ни одной звезды. Собираю волю в кулак и начинаю говорить, теребя руками мягкую ткань штор.
— У моих родителей долго не было детей. Они многое перепробовали, но результата это не приносило. И тогда они решили взять ребенка из детского дома. Так в их семье появилась Лейла. Она была совсем малышкой. Родители тщательно скрывали ее удочерение. Для всех она была родной дочерью.
