Он узнал, что мы отчаянные попаданцы? Как понял? Может, догадался, что мы ищем двери и ключи? Или только предполагает? И почему допрашивают только меня?!
— Мне важно понять, зачем вас пыталась похитить, — пояснил Драган.
Я несколько зависла. Голова работала не так быстро, как хотелось бы, даже в условиях стресса. Потому только сейчас пришло полнейшее осознание ситуации. Нас ведь пытались похитить! Но кому мы могли понадобиться?
— Не знаю, — честно ответила я, и взгляд Драгана моментально просветлел.
Из его облика ушло напряжение.
— Может, есть предположения?
— Ну… мы нелегально сбежали из Арреи. Я же рассказывала Агате и Глаше, всю нашу компанию держали в вольерах для потехи. Мы сбежали. Потому и без документов. Вообще можно сказать без вещей.
— Политика Арреи в отношении нечисти… неприятна, — кажется, он хотел подобрать менее цензурное слово. — Подумай, Светлана, может, есть догадки?
— Никаких. Честно, — качнула я головой. — Разве что всё дело в побеге. Но не такие мы и важные, чтобы нас преследовать.
Вы же говорите, злоумышленники схвачены. Они ничего не рассказали?
— Они под серьёзными обетами молчания. Если я начну их ломать, убью или оставлю калеками. Я надеялся, что ты поможешь разобраться.
— И прыснули в меня этим дурацким порошком, — надулась я.
И это не говоря о том, что заставил понервничать. Я уже себе ужасов напридумывала.
— Ах да, порошок, — хитро улыбнулся он. — Не хочешь меня поцеловать?
Он подался ко мне, лукаво глядя на мои губы. Я на автомате к нему, но быстро опомнилась.
Поцеловать хотелось, но не из-за порошка.
— Ха! Он уже не работает! — победно заявила я.
— Он и не работал. Его было мало, — царь продолжал улыбаться. — Но ты не ответила, — его ладонь нежно погладила меня по горящей щеке.
— Я же говорила, что у меня строгое воспитание и…
— Я слышал разговор с Всеволодом, — уже привычно перебил он меня. — Ты правда хочешь, чтобы ко мне вернулись чувства?
— Правда, — смущённо кивнула я.
Выходит, та тень, что меня напугала, была от Драгана.
Надо бы вспомнить, что я ещё болтала в тот день. Вдруг какую-нибудь глупость."
"— У тебя получается, — голубые глаза мерцали, потихоньку завлекая в свой омут. — Особенно, когда находишься так близко. А если ещё ближе…
— Это слишком близко, — запаниковала я, когда он навис надо мной, оттесняя меня к спинке софы.
— Потому что мне нравится то, что я чувствую с тобой, Светлана, — он проникновенно заглянул в мои глаза.
И пока я придумывала ответ, поцеловал.
