Мама отдавала меня на балет, но в шестом классе случилась неприятная травма, после которой к пуантам я так и не вернулась. Зато могла похвастаться сильными и красивыми ногами.
— Надевай, — он продемонстрировал мне короткий жезл на поясе.
Дубинка это или что опаснее, я уточнять не стала. Для меня оба варианта катастрофичны. Мужик-то высокий и какой-то нервный. Может, это новое похищение? Только делать нечего, пришлось подчиниться.
Свёрток оказался плащом с капюшоном. Сначала я накинула его, потом же защёлкнула на запястье браслет.
Правда, специально на ткани рукава платья, отчего замок жалобно скрипнул, но выдержал. Свою хитрость я поспешила спрятать под полами плаща и приблизилась к калитке. Мужчина посмотрел на меня с подозрением.
— Без хитростей и этого, балета. Поняла?
— Если не будете распускать руки.
— Я не буду, — пробурчал он, открывая замок обычным на вид ключом.
Правда, случилось странное, по прутьям клетки прошли электрические разряды и погасли. Что же это было? Может, какая защита от побега?
Пожав плечами, я осторожно покинула вольер.
— Голову закрой и иди передо мной, — озвучил новый приказ служащий.
Кивнув, я сделала, как сказали. И так начался мой путь ко дворцу.
С моим приближением к зданию музыка становилась всё слышнее. Правда, провожатый вёл меня какими-то окольными путями, потому прохожие не встречались, зато и путь растянулся во времени. Но вскоре мы подошли к неприметной деревянной двери, в которую мне приказали войти. Повеяло запахами еды и теплом.
Тело пробило дрожью. Только сейчас я осознала, насколько замёрзла.
А путь продолжался. Теперь по служебным помещениям дворца, с грубо отёсанными каменными стенами. Здесь носились слуги с подносами, в проходах мелькали повара у допотопных плит. Мы поднялись на несколько этажей выше, миновали полупустые помещения жилого назначения, оформленные более уютно. И вот в одну из комнат он меня и ввёл. Здесь находилось три кровати, поставленные вдоль стены с узкими зашторенными окошками.
На каждой лежал свёрнутый матрас. Похоже, помещение не использовалось. Что меня очень напрягло.
— Купальня в соседней комнате. Там вещи. Помойся и переоденься. У тебя двадцать минут.
— То есть меня привели, чтобы привести себя в порядок? А сразу нельзя было сказать? — возмутилась я, правда, осторожненько.
Дубинка с его пояса никуда не исчезла.
— Тебе какая разница, куда? Сказали, значит, делай. Нечисть, а места своего не знаешь.
— Кто тут ещё нечисть.
