Одним из этих умений была возможность чувствовать на расстоянии эмоции своей пары и потомства. Она потому и считалась «парой», а не просто женой, любимой или спутницей жизни. По завершению связи дерранг чувствовал ее, как самого себя.
И сейчас Хорган чувствовал ужас и отчаяние Киры так же, как если бы это были его собственные эмоции. Но в отличие от своих чувств, эти он не мог контролировать. Связь работала в одну сторону.
Ему пришлось поставить мысленный щит и прибавить скорость. Теперь он бежал по коридорам, громыхая тяжелыми подошвами на каждом шагу.
Коридор. Поворот. Поворот. Трап. Еще коридор...
Он помнил план «Стрекозы» наизусть.
Четыре сотни ударов сердца, пара сотен вдохов и выдохов. И вот он уже стоит у люка, ведущего в рубку. В реальном мире прошло не больше пяти минут, но для него это время увеличилось в десять раз.
Даже сквозь мысленный щит он чувствовал ее страх. Она была там, за герметичной дверью - единственной преградой, которая теперь их разделяла. Так близко, что все лишнее вылетело у него из головы.
Справа над люком, чуть выше корпуса электронного замка, мигал огонек переговорного устройства. Хорган бросился к нему, позабыв об опасности.
- Кира! Слышишь меня? Это Ян!
В ответ не донеслось ничего вразумительного, только непонятные звуки, похожие на сдавленные рыдания. Но эмоции девушки изменились. Сначала появилось смутное недоверие, переросшее в робкую радость, смешанную с надеждой, а следом хлынула волна смятения и стыда.
Она узнала его! Поняла, что он пришел ей на помощь.
Но в то же время ее охватили стыд и страх. Страх, что он ее не простит. Стыд за собственные поступки. За эгоизм и вранье. За то, что была слепа.
Кира готова была раскаяться и признать, что была не права, но в этот момент она слишком боялась, чтобы думать об этом.
Все это прошло сквозь дерранга холодной волной.
На секунду прижавшись лбом к прохладной обшивке люка, он прошептал:
- Потерпи немного, я сейчас вытащу тебя!
Здесь замок был посложнее, чем на техническом люке. Чтобы его вскрыть, пришлось повозиться.
Но Хоргана подстегивали и вдохновляли эмоции Киры. Он чувствовал, что физического вреда Брок ей не причинил, а уж с ее страхом они потом как-нибудь справятся. Он постарается сделать так, чтобы она поскорее забыла весь этот ужас.
Наконец что-то щелкнуло, над люком загорелся зеленый огонек, и огромный кусок металла медленно пополз вбок, открывая проход. Не дожидаясь, пока он откроется полностью, Хорган ворвался в рубку.
Кира была там.
