Про то, что мы сильнее Гитлера и обязательно его разгромим, было ясно с самого начала. Просто учились воевать, осваивали неизвестную нам тактику. Здесь против нас были две мощнейшие по экономике и технологиям нации, практически с неисчерпаемыми возможностями. С совершенно другой психологией ведения войны. С упором именно на удобство её ведения. И тем не менее нашли мы ключик, как это сделать. И с минимальными потерями. Вот теперь можно и в отпуск!
– Дома уже снег лежит!
– Так ведь можно и Ниццу слетать отдохнуть, Георгий Константинович.
Или в Черногорию. Или в Инсбрук, на лыжах покататься. – Меня и вправду тянуло посмотреть хорошо знакомые, по другой истории, места.
– Разошёлся ты не на шутку, Петрович! Так смачно рассказываешь об отпуске! Значит, и вправду война кончилась!
Удивил Сталин. Он встретил нас на аэродроме, чего за ним никогда не водилось. Единственный раз, когда он приезжал на вокзал кого-то встречать-провожать, был премьер-министр Японии, когда подписали договор о нейтралитете.
А здесь, мы выпрыгиваем из Си-47, он же с хвостовым колесом, палуба наклонная, трапик короткий и неудобный. Я спрыгнул первым, поймал Жукова, хохочем, так как приложились мы к французскому коньячку крепенько. Жуков уважал большие рюмки и большое количество. Нас не вызывали, мы просто летели домой. Георгий Константинович тоже в лётной английской куртке, как и я. Отсмеялись, поворачиваемся: Сталин! Чёрт, как неудобно! Жуков доложился.
Стоим, уши красные. Думаем, что сейчас устроит нам «разбор полётов».
– Хороши! Нечего сказать! Ну-ка! В машину! – На поле стоял не только «паккард» Сталина, но и ещё две кремлёвские машины. В машине я сунул Жукову таблетки из НЗ со стимулятором.
– Влипли! – сказал Жуков. – Куда нас везут?
– Лубянка в другой стороне, – пошутил я.
– Типун тебе на язык! – ответил Жуков и проглотил стимулятор.
Нас привезли на Ближнюю дачу и усадили за стол. Было довольно много народа.
Было очень шумно, но после стимулятора алкоголь нас не брал. Мы сидели трезвые как стёклышко и отвечали на многочисленные вопросы. Один из них задал Сталин:
– Товарищ Титов! В операции «Остров» вами было задействовано 1236 истребителей, а вы просили развернуть 3500. Почему?
– Не было уверенности в том, что удастся с ходу прорвать ПВО противника. Кто-то из лётчиков мог ошибиться. В этом случае пришлось бы действовать как тогда, под Курском.
![Обложка книги От винта! [Сборник]](/uploads/posts/images/5/ot-vinta-sbornik.jpg)
