Но даже под пытками они могут обмануть… А других ведьм искать некогда. Необходим большой запас снадобья Истины.
Аглая смотрит на меня нечитаемым взглядом. И, наверное, впервые, я не чувствую в ее запахе никаких подсказок. Она вдруг стала абсолютной загадкой. А я ощутил себя бессильным человеком.
— Зачем тебе знать о ведьмах?
— Чтобы не сделать то, что делают они, и не выдать себя.
Ее голос звучит слишком ровно. Я жадно вслушиваюсь. Шумно тяну носом ее аромат. Сейчас кровь из ушей и носа пойдет от бесплодных попыток понять, что происходит.
Как ей это удается?
Как, мать вашу?! В одну секунду она словно… словно утратила все эмоции. Это из-за подслушанного разговора? Или я опять сделал что-то не так? Что? Что-о-о?! Скажи мне!
— Тебе просто не нужно нервничать.
Идиотский ответ. Кажется, теперь она вообще ничего не испытывает. И на мои слова лишь иронично вскидывает бровь.
— Лазаж знает, что я ведьма. Ты сказал ему?"
"По спине аж проходит рябь. Кожа начинает лопаться, выпуская наружу волчью шерсть.
Адским усилием воли заставляю себя остановить всплеск неконтролируемого обращения. Мне же не пять лет!
Эта новость переворачивает мир вверх ногами.
— Почему ты решила, что он знает? — Голос охрип, но мне уже плевать, что она может счесть меня трусом или слабаком.
— Он сам мне сказал. Кажется, я все еще жива лишь потому, что нравлюсь тебе. А он испытывает перед тобой слишком большое чувство вины, чтобы отобрать любимую игрушку.
От ее холодного тона и невозможности понять, что она чувствует, крышу сносит окончательно.
Бросаюсь к ней и хватаю за обнаженные плечи.
— Да, тебе лучше свыкнуться с тем, что ты теперь моя. Если считаешь себя игрушкой, то… Мне даже лучше. Волки — очень игривые существа. Мы любим забавы.
Надеюсь ее как-то встряхнуть, но она по-прежнему смотрит на меня холодно. Даже не моргает.
Кладу ладонь на ее упругие ягодицы и сжимаю. Так, чтобы она почувствовала боль. Всю ту агонию, которую ощущаю я сам. Может хоть это ее приведет в чувство?
— И я уже в предвкушении наших новых игр.
Все, чего добился, — вновь нахлынувшее возбуждение. Да успокоюсь ли я когда-нибудь?! Чем больше пробую ее, тем больше хочется еще. Еще немного и буду ходить с постоянным стояком. Но прожить жизнь, не вылезая из спальни и трахая ее сутками внезапно кажется самой желанной мечтой.
Кажется, мне удается ее немного оживить. Аглая хмурится и упирается кулаками мне в грудь. Хоть бы погладила раз, холодная стерва.