Да уж, сказка! Смешно. Но надо сказать, поселок отстроился и даже выправился – домики, пусть и хилые, бедные, одинаковые, стояли, как солдаты-новобранцы, стройными и почти ровными рядами. Заборы сверкали новой краской, сады поднялись и шелестели листвой, а уж цветники и клумбы были отменными! На каждом участке копошился народ: что-то пилили, стругали, копали и поливали. «Мышиная возня, – подумал Свиридов с презрением. – И так ведь всю жизнь!» Как же он эту жизнь презирал!
Дом отыскал и, как вор, встал за деревом у забора.
Сердце колотилось, словно бешеное.
Катька возилась в песочнице. Солнце падало на дочкины рыжеватые волосы, бликовало, золотило их, и у него защемило сердце. «Маленькая моя девочка! Как же тебе не повезло! Какой же тебе достался папаша».
С терраски доносились мерные постукивания ножа – теща готовила обед. Вскоре донеслись и запахи. Ему показалось, что запахло жареным мясом. Он сглотнул слюну – когда в последний раз он нормально обедал? Пельмени и сосиски из стоячки не в счет.
Теща высунулась в окно:
– Катюшка, мыть руки и обедать!
Тут она увидела его, своего нерадивого и, кажется, бывшего зятя.
«Зять – ни дать, ни взять» – так говорила баба Катя про его отца. Все повторилось. Разница была в одном – он, Евгений Свиридов, к другой бабе не уходил. Он просто ушел. В никуда. Но это его ничуть не извиняло.
– Женя? – удивилась теща. – И что стоишь? Заходи. Мы не кусаемся.
Он смущенно улыбнулся и нащупал крючок на калитке.
Теща стояла на крыльце, вытирая о фартук влажные руки – полная, разрумяненная, с гладким, добрым и немного растерянным лицом.
«А ведь они мне родные, – с тоской подумал Свиридов. – И эта добрейшая Анна Ивановна, и хмурый, вечно насупленный дед».
– Ну вот, я приехал, – пробормотал он, протягивая теще дурацкий букетик.
– Заходи! Гостем будешь, – повторила она приглашение и перевела взгляд на внучку: – Ну что ты застряла? Папа приехал!
«Папа» – вздрогнул он. Спасибо, Анна Ивановна!
Катька вскинула на него зеленые очи. Он улыбнулся и протянул к дочке руки.
Ища поддержки и одобрения, Катя взглянула на бабушку. Та еле заметно кивнула, подбодрила. Дочка медленно поднялась с корточек, не спеша отряхнула ладошки и вразвалочку подошла к нему.
– Привет! – улыбнулся он. – Ну как ты, Катюша?
Та опять посмотрела на бабушку.
– Хорошо, – тихо сказала она. – А ты к нам надолго?
Он, не зная, что ответить, растерянно пробормотал:
– Как получится…
– Идите в дом! – крикнула теща. – Обедать!
В доме было чисто и нарядно. Уютно.
