– А что?
– Да так, – ухмыляется нахально боевик. – На вечер после питомника ничего не планируй. Будет к тебе одно дело. Нужное и полезное.
Угу. Я-то могу не планировать, но у меня есть наставник, которому ничего не стоит переиграть любые мои планы и непланы. И что это за дело такое, интересно?
Однако просвещать меня никто не спешит. Ребята лишь ухмыляются на мой вопрос, о чём идёт речь, и заговорщически переглядываются. Вижу, что всё равно мне никто ничего не скажет. Ну и ладно. Завтра узнаю.
В столовой мы не задерживаемся.
Ещё нужно переодеться перед занятием на полигоне. А у меня сегодня и индивидуальная тренировка. И вполне возможно, что уже с Синном, раз уж он явился. Может наконец смогу задать ему все интересующие меня вопросы.
У общежития парни немного отстают, тихо обговаривая что-то своё, а мы с Онорой поднимаемся ступеньками. Она тянется к ручке. Но тут внезапно дверь с грохотом распахивается, заставив её шарахнуться в сторону, и оттуда выскакивает… гадёныш Неис собственной персоной.
Удивиться, что в общежитии боевиков делает это высокородное недоразумение, я не успеваю, потому что мальчишка буквально отталкивает меня своим щуплым плечиком, устремляясь вниз. Правда, смыться у него не получается. Буквально на последней ступеньке младшего малохольного братца ловит за шкирку Морт.
– Руки убрал! – вскрикивает гадёныш, беспорядочно трепыхаясь в железной хватке высоченного боевика.
– Ага. Вот извинишься перед девушками так и сразу, – как ни в чём не бывало, сообщает Морт, встряхивая Неиса, и толкая его обратно.
– Перед кем? Перед этими? – презрительно кривится гадёныш. – Перетопчутся.
– Ай-ай-ай, как дурно ты воспитан, сучонок малолетний, – сокрушается Морт, втаскивая брата на ступеньки.
– Не смей… – тут же вспыхивает мальчишка, но его обрывают на полуслове.
– Что здесь происходит?
И надо же, на этот раз столь знаменательный вопрос задаёт даже не Синн. На пороге общежития стоит ещё один парень. Тоже светловолосый и светлоглазый. Возможно ровесник Неиса, только, судя по тренировочному костюму, боевик.
Скорее всего из младших курсов. Что-то смутно знакомое мне чудится в его взгляде и чертах, заставляя всматриваться в красивое волевое лицо и едва-мерцающую магическую ауру. Очень странную ауру. Будто рванную.
– Всё в порядке, Спир, – в один миг меняется гадёныш. И тон сбавляет и даже улыбку изображает весьма похожую на добродушную. Ого какой актёрский талант. – Вот с братом немного поспорил. Уже иду.
