Чтобы меня никто от тебя не отвлекал, – Синн приближается ко мне, застывает позади. Не прикасается. Но я всё равно ощущаю его близость каждой частичкой своего естества.
– Зачем? Что вам от меня нужно? – зажмуриваюсь, сжимая обеими руками спинку стула. По-настоящему боясь его ответа.
– Мне нужна ты, Талли, – произносит мужчина веско, гоня толпу испуганных мурашек по моей коже.
Как же хочется этим словам верить. Но имею ли я право?
– А если бы я не была принцессой королевского дома Эббони и наследницей трона, я была бы вам нужна?
– Мне не нужен трон Эббона, если ты об этом, – он вздыхает.
– Отрицать твоё наследие было бы глупо, принцесса, именно оно делает тебя тобой, в числе многого другого. Получить тебя, без того, для чего ты рожденна, ведь невозможно. Но ты привлекаешь меня сама по себе, именно такая, как есть. Сильная. Умная. Красивая. Колючая. И одновременно с этим искренняя в своих чувствах и реакциях, – его ладони ложатся на мои плечи и скользят по рукам вниз, пока не накрывают мои сжатые до побелевших костяшек пальцы.
– Я не враг тебе, Талли. Ты многого ещё не знаешь. И не видишь всю картину происходящего. Но главное, что ты должна знать – я не враг тебе, и сделаю всё, чтобы тебя защитить.
– Так расскажите то, чего не знаю! – я резко разворачиваюсь в его руках. – Расскажите мне, магистр Синн. Например, откуда у вас доспех, похожий на Зирх? Кто вы? Почему вас так боятся? Чего вы сегодня добивались, провоцируя всех?
Вот только я не учла, что требовать ответа, задирая голову и смотря снизу вверх на подавляющего своей силой и аурой опасной властности мужчину весьма… затруднительно.
Он опять подобрался слишком близко. А то, что моя воля в его присутствии совсем не так тверда, как мне бы хотелось, это уже доказанный факт.
Синн смотрит на меня пару секунд, изучая. А потом произносит ровно и непререкаемо:
– Тебе нужно поесть, Талли. Садись. Я расскажу то, что тебе нужно знать.
– Почему вы не позволяете мне самой судить, что я должна знать? – сдержать вспышку злости не получается.
Слишком уж много всего со мной сегодня произошло. И держать себя в руках становится всё сложнее.
– Хотя бы потому, что ты задаёшь этот вопрос, – сужает он холодные глаза. – Девочка моя, ты пока не готова быть самостоятельным игроком.
От негодования я распахиваю рот, готовясь высказать всё, что думаю о его снисходительном замечании, но меня останавливает враз потемневший взгляд мужчины. И приходит понимание, что упрись я сейчас, лишь докажу его точку зрения.
