И я бы была в полном шоке с его вопиюще-грубого, безобразного и глупого поведения, если бы не смысл сказанного. Ошарашенно смотрю в глаза отца, когда он роняет одну бомбу за другой. – Оборотень попросил руки принцессы Аеталь. Я категорически ему отказал от её имени. Отсюда и следующий пункт, который выносится сегодня на рассмотрение. Мы должны решить, кто именно из достойных мужей Эббона станет супругом наследницы трона, дабы она больше не была предметом посягательств Сандэра.
Глава 24
За столом повисает оглушительная тишина.
Если бы не влияние Синна, меня бы уже тут разорвало от эмоций. Отец не просто без моего ведома и согласия решил вынести на обсуждение вопрос о МОЁМ замужестве, как о чём-то почти решённом, но и посчитал себя вправе отвечать от моего имени на предложение сделанное МНЕ. Это… не просто вопиющее оскорбление меня и моих прав. Это... нарушение закона.
И вот как мне реагировать, на подобные вещи? Молчать и ждать, что мне навяжут в мужья какого-то достойного с точки зрения отца и его советников подхалима-аристократишку наподобие Неиса, например? Ну уж нет!
– Ваше величество, спасибо огромное за вашу заботу о моём будущем, но я не собираюсь ни за кого выходить замуж в ближайшее время, мне учиться надо.
Так что этот вопрос можно считать закрытым, – заявляю с самым... простодушным видом.
– Да как ты смеешь мне перечить?! – грохает король кулаком по столу. – Сделаешь так, как я скажу, или вернёшься в свои болота!
Он серьёзно? Отправит в изгнание законную наследницу, подтвердившую свои права.
Чем больше я узнаю… отца, тем больше склоняюсь к мысли, что он не в себе.
– Ваше высочество, – бросив осторожный взгляд на разъярённого монарха, вклинивается в разговор советник Хатрил. – Подумайте сами. Пока вы не замужем, император Вериды будет рассматривать брак с вами, как кратчайший путь к завоеванию Эббона. Он уже заявил, что не принимает полученный отказ.
– Может потому, что отказ ему не я лично давала? Ведь по закону принцесса рода Эббони должна сама за себя принимать решения, разве нет? А так у него есть все основания думать, что я и слыхом не слыхивала о его предложении, – озвучиваю очевидный даже для дурочки вывод, наблюдая, как ещё больше багровеет лицо короля.
Как же! Его смеют ткнуть носом в несоблюдение законов. Да ещё кто! Собственная дочь, которая, возможно, что и не дочь ему вовсе. В прошлую нашу встречу он мне не казался таким до абсурдности… неразумным.
