В конце концов я присела и, опустив малыша на землю, осторожно подтолкнула его к прутьям вольера, не забывая следить за тасгарой. Стоило малышу оказаться в пределах её досягаемости, как грозная мамаша ухватила его за загривок и молниеносно скрылась в конуре, уже оттуда издав предупреждающе-угрожающий рык. Но я уже благополучно убралась от вольера куда подальше.
– Поразительно, – потрясённо пробормотал мэрт. – А у тебя среди предков случайно оборотней не имеется?
Теперь пришёл уже мой черёд ошарашенно на него уставиться.
– Нет, конечно. Почему вы так решили?
21.2
– Доверяют они тебе инстинктивно. Я с первого дня это ещё заметил. В Эббоне их ведь сравнительно недавно начали разводить. Раньше только наши соседи двуликие могли этих тварюшек приручать. Тасгары умные, дрессировке хорошо поддаются, но магов подпускают к себе неохотно, – объяснил мне мэрт Саегер. – А к тебе вон щенок на руки полез. И Бесовка мирно приняла.
Ну, мирно приняла это, конечно, громко сказано, но спорить я не стала.
Над словами горняка стоило подумать. Ведь ко мне эти магические животные действительно изначально отнеслись достаточно дружелюбно. И подпускали к себе, и гладить позволяли. А молодые даже ластились, бывало. Парни только диву давались. Их-то в лучшем случае игнорировали. Интересно, может это как-то связано с моей родовой силой? Хотя ничего такого я раньше о своей семье не слышала.
Мэрту Саегеру такой вопрос задавать глупо, так что я лишь пожала неопределённо плечами, не став развивать данную тему.
После отработки мне удалось ненадолго заскочить к Рику, чтобы узнать как его самочувствие и просто ещё раз увидеть. А потом я, наконец, вернулась к себе и, тщательно запечатав дверь охранками, легла спать. Так и закончилась моя первая неделя в Академии. Насыщенная получилась, ничего не скажешь. Даже по дому скучать некогда было.
А вторая неделя внезапно понеслась довольно стремительно.
Территорию Академии действительно закрыли. Синн теперь надолго никуда не отлучался. По крайней мере занятий больше не отменял и не переносил.
Расследованием он по-прежнему занимался лично – я спрашивала – но самым главным своим приоритетом назвал мою подготовку и безопасность. И хотя мне не очень приятно это было признавать – не люблю бояться и быть кому-то должной – но зная, что он поблизости, я действительно ощущала себя защищённой. А значит, можно и нужно было сосредоточиться на учёбе. До назначенного визита к отцу оставалось всё меньше времени.
