– Что с ним? – потрясённо выдыхает Азария. – Он ведёт себя, как…
– Нежить, – заканчиваю я за неё, определившись наконец с тем, что говорит мне чутьё.
– Я хотела сказать, как животное, но ты, пожалуй, прав. Животные более разумны, – задумчиво тянет магистр менталистики, снимая щит и безбоязненно подходя ближе к застывшей фигуре. – Я не улавливаю в нём ничего человеческого. Одни голые инстинкты в весьма перекрученном проявлении. Страх и агрессия, жажда убийства. Нет чётко-сформулированных мыслеобразов, предшествующих действиям.
Лишь сумбурное скопление каких-то картинок. Это очень похоже… – она удивлённо замирает. – На свежеподнятого управляемого мертвеца. Но он жив, и я совершенно не понимаю, как такое может быть.
Я тоже пока не понимаю. Но докопаюсь обязательно.
– Опиши, что за картинки. Всё, что сможешь, – требую, убеждаясь тем временем, что заклинания на двери работают, и нас никто не подслушает и не помешает. – Некромантов привлеку позже.
Азария понятливо кивает, пару минут буравит парня внимательным изучающим взглядом и наконец принимается озвучивать то, что видит.
А я пытаюсь это всё хоть как-то систематизировать. Лица адептов и преподавателей, какие-то моменты из студенческой жизни, хаотически набросанные и перемешанные. Академия. Лес. Тёмные смазанные фигуры без лиц…Никакой конкретики.
Спустя каких-то полчаса, уставшая бледная магесса, признаёт, что больше ничего выудить не может. Что ж, негусто. Но даже отсутствие результата, тоже результат. А у меня уже хотя появилось смутное предположение, какого характера воздействие на парня было произведено.
Пока не знаю, как это возможно, но тут точно кто-то из некромантов отметился. А это уже зацепка. И надо ещё раз его друзей допросить.
– Благодарю, Азария. Можешь идти, я ещё изучу кое-что. И будь добра позови Вилхерта, мне нужно с ним поговорить."
"– Синн, может ты объяснишь, что происходит? – осторожно интересуется магесса, не спеша выполнять мою просьбу. – Он ведь, получается, на твою ученицу покушался. Мне не нужен приказ Ковена, чтобы оказать тебе содействие.
Я готова помочь всем, чем могу. Но хотела бы знать, во что вмешиваюсь.
Вот потому я и ненавижу работать с кем-либо. Неизменно возникают вопросы. И мне неизменно приходится осаживать любопытных иногда довольно жёсткими методами. А потом обо мне идут слухи, называющие меня монстром и палачом Ковена. В чём-то такая репутация даже полезна. Но не скажу, что слишком приятна. Я никому не служу, а уж Ковену и подавно. И вот опять то же самое.
