Поэтому и пришёл пораньше.
– Это похвально, это похвально. Я смотрю, вы уже познакомились, – я на секунду сбился, поняв очевидное. – Или вы уже были знакомы?
– Ну, с Семёном Семёновичем мы знакомы примерно… – Аркадий задумался, а потом обратился к собеседнику: – Может, ты помнишь?
– Думаю, больше пятидесяти лет точно, – сказал Семён Семёнович.
– Нифига себе! – сказал я. – И вы мне, конечно, не скажете, какого вида у вас было сотрудничество?
– А это и не секрет, – пожал плечами Семён Семёнович. – Начинали мы вместе.
Долгое время, вообще, по жизни шли вдвоём. Ну, а потом, – лицо его немножко посмурнело, – скажем так, наши интересы разошлись.
– Хм… – рядом смущённо кашлянул Аркадий. – Точнее и не скажешь. Всё верно сказал Сёма. Именно так всё и было.
Я задумчиво почесал затылок. То есть, Аркадий Иосифович, судя по всему, один из теневых кардиналов Вадуца. И Семён Семёнович – теперь почти бомж, но очень гордый бомж, с потрясающими знаниями и умениями при этом. Интересно, что могло пойти не так?
– Ладно, захотите, потом расскажете.
Извините, Аркадий Иосифович, но сначала мне нужно поговорить со своим сотрудником.
– Да-да, конечно! Я никуда не спешу. Ведь у меня нет никаких дел. Я просто так в пять утра к вам в лавку припёрся, – развёл руками Аркадий.
Я никак не отреагировал на его пассаж, и повернулся к Семёну.
– Извините, я вчера забыл спросить. Вы далеко живёте от места работы?
– Да нет. Минут пятнадцать ходьбы, – сказал он.
– Так может вы захотите поселиться здесь? Клиенты иногда приходят во внеурочное время.
Я с намёком посмотрел на Аркадия. Но тот спокойно выдержал мой взгляд, и без капли смущения развёл руками.
– Я старый человек, и привык к комфорту, – задумчиво сказал Семён Семёнович. – Ну, я думаю, Борис может показать мне свободные комнаты. И не думаю, что здесь хуже того места, где я обитаю.
Рядом почему-то истерически заржал Аркадий Иосифович.
– Молодой человек, вот всем ты хорош, но всё ещё по одёжке людей судишь.
– В смысле? – удивился я, посмотрев на одного и на другого.
– А что не так?
– Ну, ты наверное решил, что Семён у нас бомж перекатный. И где-то на теплотрассе неподалёку отсюда ночует.
– Ничего я так не подумал, – нахмурился я, видя, что оба деда сейчас улыбаются. И, кажется, откровенно надо мной потешаются.
– Не слушай старого дурака, – сказал Семёныч. – Я посмотрю комнаты с вашего позволения, а затем приму решение. Борис, ты проводишь меня?
Он повернулся к Боре, который стоял неподалёку.
