И Чезаре поднялся на ноги.
– Винченцо, что там с рыбой? Мы умираем от голода.
Он ушел, потом появился гвардеец с уловом, и другой – с вязанкой сухих веток. Синьор Копальди прислонил к валуну пузатый бурдюк.
– Ревешь? – спросил кракен. – Не отвечай, а то другие заметят слезы. Ну и чего рыдать? Ну бесплоден этот, подумаешь. Найдешь другого плодовитого самца для брака и продолжения рода. Нет? Подожди, твои мысли скачут. Мне трудно их понять. Ты плачешь не из-за того, что чадолюбива, а потому, что тебе жалко Чезаре?
– Ну да, – прошептала я и поднялась, чтоб побродить в одиночестве по пляжу.
Одиночество было относительным, так как в голове моей все еще болтал Гипокампус.
– Для мужчины бесплодие является самым страшным проклятием. Не реви. Вокруг нет людей? Тогда реви. И не вздумай демонстрировать мужу свою жалость! Ты его этим оскорбишь.
– А что тогда делать?
– Ты хочешь совета от моллюска?
– От древнего существа. Нет, не так. От мудрого древнего мужчины.
– Тогда я скажу тебе, догаресса Филомена, что дети – не главное.
То есть они важны, но дети вырастают и покидают родителей, и те остаются наедине друг с другом. Есть такая штука – пара, когда две части составляют одно целое.
Я это знала, конечно, знала. Но как донести свое знание до Чезаре? Словами, дурочка. Просто скажи мужу, что останешься с ним, что будешь ему верна, что будешь любить его и почитать всю свою смертную жизнь. У вас будет десяток племянников и племянниц, когда братья твои переженятся и заведут потомство. У вас будет большая шумная семья в любом случае.
Родственники тишайшего Муэрто станут и твоими, а твои – его."
"Я остановилась.
Погодите, у Чезаре есть братья? Сестры? Живы ли его родители? Ты, Филомена, ничего не знаешь о муже, но уже придумала, как его осчастливить. Твоя любовь? Предположим. А любит ли тебя Чезаре? Он – твоя пара, а ты для него?
Кракен уже довольно долго молчал, я позвала:
– Гипокампус, ты где?
– В Аквадорате, – срифмовал он, изменив ударение в слове. – Жру.
– А Кара?
– Разумеется, рядом.
После того как малышка получила имя, она умнеет прямо на глазах. Не отвлекай меня, смертная. С первыми лучами солнца мы покинем лагуну.
– А волна?
– Честно говоря, – кракен хихикнул, – я развеял ее, как только стемнело. Держать и посылать цунами на ваш городишко было довольно сложно.
– Спасибо. Передавай привет супруге, не буду мешать.
Он не ответил. Я пошла к костру, над которым уже жарилась рыба. Мужчины сидели плечом к плечу и подвинулись, освобождая мне место.