— Хочешь, я расскажу тебе, что будет дальше? — целую ее шею, слегка прикусывая.
Девчонка охает и вцепляется пальцами в мои плечи.
— Что? — выдыхает, запрокидывая голову назад.
— Тебе не надо было убивать мою вторую пешку, — расстегиваю две пуговицы на ее блузке и целую ключицу, — из-за этого ты не успела сделать рокировку и защитить короля. — Ее пальцы скользят с моих плеч к груди и тоже расстегивают пуговицу. — Так что мой следующий ход — это ладья на одну клетку вбок и шах твоему королю.
Иду поцелуями вверх по ее шее и снова накрываю губы.
Девчонка охотно мне отвечает. Поддеваю пальцами ее юбку и просовываю ладонь. Веду ею вверх по ноге до окончания чулок. С ума сойти, как это сексуально.
— Так я бы укрыла своего короля, пойдя вправо, — прерывает поцелуй и рвано шепчет мне в губы.
Иду по ее ноге еще выше и цепляю резинку трусиков.
— А я бы убил ферзем твоего коня, — спускаю их слегка вниз, а дальше они сами падают к ногам. Белое кружево. Одной рукой подхватываю Алену за талию и сажаю на стол, упираясь бедрами между ее ног.
Снова целую в губы, пока она продолжает расстегивать мою рубашку, — после этого ты бы убила моего ферзя своей пешкой, — опять спускаюсь к ее лебединой шее. Алена уже покончила с последней пуговицей и ведет ладонью по моему торсу.
Как же я ее хочу.
— А потом? — спрашивает, подаваясь чуть назад.
Не отрываясь от ее шеи, говорю:
— Убив моего ферзя пешкой, ты бы открыла мне белую диагональ к своему королю, и я бы залетел на нее слоном, снова поставив тебе шах.
Ты бы снова отступила королем на одну клетку вправо. Тогда я бы убрал конем твою центральную пешку.
Алена нетерпеливо стаскивает с меня рубашку и отбрасывает ее куда-то в сторону. Обхватывает меня одной рукой за шею и целует грудь. Прижимаю девчонку к себе за затылок, прикрывая глаза от наслаждения.
— А дальше что? — ее пальцы наконец-то спускаются к моему ремню.
Я перемещаю руки на ее грудь и расстегиваю пуговицу блузки.
— Ты бы вернула ферзя на место, чтобы защитить пешку, которая оказалась под ударом моего коня.
Ведь если бы я убил эту пешку, то поставил бы тебе мат, — я заканчиваю с ее последней пуговицей и снимаю блузку. Смотрю на грудь в белом кружевном лифчике и аккуратно провожу по ней пальцами. — Потом я бы пересек ладьей все поле и снова поставил тебе шах. Ты бы убила мою ладью своим ферзем.
Алена покончила с ремнем на брюках и сейчас подняла на меня глаза. Я опускаю ладонь на ее поясницу и слегка подталкиваю назад, укладывая на стол.
