Ярослав несколько секунд сомневается, но в итоге все-таки говорит:
— Они из китайского министерства энергетики.
Пазл складывается. Вот только непонятно, почему не было нашего министра энергетики.
— Но у нас была неформальная встреча, — добавляет.
— Что же вы не позвали на нее Ломакина? Он так сиротливо играл в бильярд сам с собой, что мне стало его жалко.
— Поэтому ты решила его пожалеть и составила ему компанию в таком виде? — в голосе Яра звучат нотки злости и недовольства, а лицо вмиг из мягкого превращается в жесткое.
— Я не шутил, когда говорил, что не хочу, чтобы ты с ним общалась.
Возвожу глаза к потолку.
— Потому что тебе не понравилось, как он на меня смотрел? Ты поэтому так недружелюбно с ним общался?
— У меня с Ломакиным свои счеты, и я не хочу видеть его рядом с тобой.
— Он из фонда прямых инвестиций, — напоминаю. — А я журналист. Общаться с ним — это моя работа.
— Мне все равно, Алена. Я сказал, что не хочу видеть его рядом с тобой.
Строгость и запреты Ярослава меня возмущают до глубины души.
— Эй, — толкаю его в бок. — Успокойся. А мне не нравится, что возле тебя все время ошивается Самойлова! — вдруг честно выпаливаю и тут же прикусываю язык.
Сейчас еще подумает, что я его ревную!
— Ира хорошая. Вы бы с ней подружились.
От перспективы «подружиться» с этой акулой меня передергивает.
— Боже упаси, — бурчу. — А что ты не поделил с Ломакиным?
— Он был основным кандидатом на пост министра экономики вместо Савельева, но я его обошел в последний момент.
Я аж перестаю дышать.
Так вот, значит, почему Ломакин сливал мне Ярослава…
Личная обида.
— И еще раз повторяю: я не хочу, чтобы ты общалась с Ломакиным. Ни по работе, ни как-то еще, — произносит строго и серьезно. — Особенно «как-то еще». Не дай бог я увижу тебя с ним у бильярдного стола или просто в баре гостиницы.
Я послушно киваю, решая не спорить сейчас с Ярославом. Мне становится страшно за вечеринку в понедельник. Мне надо на нее пойти, но вдруг Ярослав тоже там будет? А меня пригласил Ломакин.
— Что у тебя в понедельник? — спрашиваю.
— В понедельник будет очень много работы, до самой ночи.
— Что ты будешь делать?
— Сначала одни тяжелые переговоры с китайцами, потом другие, потом третьи. И это если президент не вызовет.
— А как же тусовки? — осторожно прощупываю почву.
— Тусовки в этот раз без меня. Не до них.
— А кто тебя приглашал?
— Несколько наших банков, которые устраивают тут вечеринки для китайцев. Но вряд ли у меня будут силы. Ира сходит вместо меня.
