— Ммм, я буду отвечать только на твои вопросы, — Яр проводит носом по моей шее и целует кожу.
Ох, одного легкого прикосновения его губ достаточно, чтобы по всему телу прокатилась волна желания. Он целует шею выше, идет к губам и накрывает крепким поцелуем. Я тут же оказываюсь прижата к дивану его телом. Рука Ярослава проскальзывает под мою майку, а я уже плавлюсь от предвкушения.
Нет, наш секс совершенно точно не тихий, как у Кэрри и Бергера. Я не только не слышу, что происходит за окном, я даже не слышу телевизор, который продолжает работать.
Остаток дня проходит, как в сказке. Я кормлю Ярослава своим борщом, и он говорит, что это самый вкусный борщ в его жизни. Я, конечно, ему не верю, но все равно приятно. Затем завариваю травяной чай, и мы возвращаемся в гостиную, где Яр включает электрический камин и ставит «нормальный», по его мнению, сериал.
А именно, «Карточный домик». Про американского конгрессмена, который разворачивает интриги против президента за то, что тот обещал сделать его госсекретарем, но обманул.
Конгрессмен, несмотря на то, что женат, мутит интрижку с молоденькой журналисткой и мочит ее руками всех неугодных.
Что-то мне это напоминает…
Но я не хочу примерять сериал на нас с Ярославом. Я уютно устроилась на его груди и наблюдаю за происходящим по экрану сквозь полусомкнутые веки. Слушать ровное сердцебиение Ярика мне нравится гораздо больше, чем болтовню политических интриганов в ящике. Пальцы Никольского путаются в моих длинных волосах, и я думаю о том, что этот вечер идеален.
Мой телефон издает громкий звук входящего сообщения, что заставляет меня оторваться от Ярика и начать вертеть головой в его поисках.
— Ты, наверно, на кухне оставила, — говорит.
— А, наверно, — возвращаюсь на его грудь.
— Давай принесу.
— Да не надо, — бормочу.
Но мой смартфон издает второй звук, и Ярик ставит сериал на паузу.
Перекладывает меня на диван и, захватив наши пустые кружки, идет на кухню. Слышу, как опускает их в раковину, вижу в дверном пролете, как подходит к барной стойке, где я оставила телефон, и застывает над ним.
Стоит, не двигаясь, кажется, целую вечность, что я уже начинаю волноваться.
Неприятное предчувствие холодком проходится по позвоночнику.
Берет айфон и направляется ко мне. В его лице произошла перемена, появилась жесткость.
— Тебе любимый пишет, — грубо всучивает смартфон мне в руки. — Скучает, зая.
Ярослав тут же разворачивается и уходит к лестнице.
