С ужасом смотрю на то, как легко срывается хлипкая защёлка…
Широко распахивается дверь.
От страха вхожу в ступор. Становится нечем дышать. Я открываю рот, пытаясь сделать глоток воздуха…
Вижу сильную мускулистую мужскую руку. Дорогие часы на запястье. А потом… появляется сам Борзов.
Вздрагиваю. Давлюсь воздухом, который пыталась вдохнуть. Мои глаза натыкаются на его прожигающий тяжёлый взгляд. Холодный как айсберг синий взгляд.
Внутренне съёживаюсь. Кажется, все органы перетянуты жгутом.
– Неужели ты думала, что я не найду тебя?! – цедит сквозь зубы Борзов, сузив от ярости глаза.
Меня топит паника.
Я дрожу, не знаю, чего от него ожидать. Пячусь назад, судорожно сминая блузку из бутика в руках. Упираюсь спиной в зеркало примерочной. Залипаю к нему, словно хочу просочиться, провалиться сквозь него!
Спастись. И спасти своего сына любой ценой.
Ведь Борзов опасный человек. В прошлый раз он не пощадил меня… Он способен на всё.
Ноги подкашиваются от страха. Перед глазами пелена. Боюсь рухнуть здесь прямо на пол.
Сильнее впечатываюсь в зеркало.
– Ты выдала себя за другую, чтобы пробраться в мою постель! – Звуки его ледяного голоса продирают до мурашек.
– Это сделала не я! – произношу дрожащим голосом. – Меня Ирма заставила…
– Не ты?! – зло усмехается Егор.– Может, не ты скрыла, что родила от меня ребёнка?
Прожигает своим взглядом насквозь.
Двумя пальцами грубо берёт меня за подбородок. Поднимает. Дышит прямо в лицо. Меня окутывает терпкий запах его дорогого парфюма.
Мне плохо… Я задыхаюсь в тесной примерочной.
Пол уходит из-под ног… В голове звучит набатом: Он всё-таки нашёл…
– Мы проживём вместе год, пока сын привыкнет ко мне. Ну, а потом… чтобы я никогда больше не слышал о тебе. – Егор окидывает меня холодным презрительным взглядом.
Что он такое говорит?! Слушать это невыносимо.
Дрожь волнами прошивает моё тело. Кажется, зеркала рушатся на меня…
Вскидываю глаза, словно ищу защиты.
У кого ищу?!
Борзов стоит, широко расставив ноги. В его глазах плещется ненависть и решительность.
Взгляд его пугает.
За ним вырастает высокий здоровый широкоплечий парень. Его охранник.
Начинаю злиться. Встряхиваюсь.
– Но это мой ребёнок! – в отчаянье выплёскиваю я.
– Ошибаешься, Крис. Это мой наследник! И этим всё сказано.
Мгновенно обессилив, падаю на стул в примерочной.
– Сейчас мы поедем с тобой и заберём сына, – говорит он так, будто вопрос давно решён. И не подлежит обсуждению.
Сижу, запустив руки в волосы. Тереблю их.
