Он резко отпускает мои руки и отталкивается от стены.
— А девочки с кем останутся? — ошеломленно потираю ноющие запястья.
— Как это с кем? Девочки полетят с нами. Это наши дети, Аля, — Артем снова нависает надо мной, — я достаточно без них жил, больше не хочу терять ни минуты. Вы будете загорать и плавать в море, пора нашим зефиркам стать хоть немного похожими на своего папочку. И их маме тоже.
Он наклоняется совсем низко, шумно втягивает воздух возле моего уха и тут же отстраняется. Я с трудом перевариваю информацию.
Внезапно вспоминается его задумчивое «придется исправлять», когда мы сравнивали цвет кожи мой и девочек с загорелым асадовским.
Видя, что Асадов собирается уходить, хватаю его за руку.
— Артем, скажи честно, ты это давно задумал или только что решил?
— Алена, ты всерьез поверила, что я до конца своих дней буду жить в твоей кладовке? — отвечает он вопросом на вопрос.
— Но я же работаю! Я не могу бросить «Три звезды»!
— Разве я предлагаю тебе увольняться с работы? — удивляется Асадов.
— Готов спорить на свой лучший отель, ты не была в отпуске ни разу. Поэтому уверен, в небольшом отдыхе тебе не откажут. В крайнем случае попробуй протащить это как промышленный шпионаж. Обещаю показать тебе всю внутреннюю кухню «Параллели». Разумеется, без финансовой документации.
Он выходит из кухни, а я обессиленно опускаюсь на табурет.
Это правда, в отпуске я ни разу не была. Может, он прав и самое время съездить к морю?
А от одной мысли о роскошном «Резорте» Асадова захватывает дух.
Или это от перспективы провести с ним целую неделю?
Я совсем запуталась. С бабушкой советоваться бесполезно, а вот совет мистера Рича мне не помешает.
С этими мыслями я и засыпаю, и конечно, мне снится Артем в синем комбинезоне на берегу моря. Он сидит на шезлонге в окружении наших дочек и смотрит на меня тем влюбленным взглядом, которым смотрел на девушку под омелой.
Глава 20
Я долго еще ворочаюсь в постели, но просыпаюсь достаточно рано.
На цыпочках выхожу в коридор — девочки еще спят, их отец тоже. Подхожу ближе, стараясь ступать как можно тише.
Артем спит на животе, раскинув руки и ноги. Они не помещаются на раскладушке, свисают по сторонам. Простыня тоже сползла, обнажив загорелую мускулистую спину.
С трудом заставляю себя оторваться от этого зрелища. Спина Асадова как и остальные части его тела слишком сильно на меня действуют. Плохо. Возбуждающе.
Особенно в обнаженном виде.
