У меня все еще замирает сердце от мысли, что он мой муж.
— Тогда да, — отзывается он. Он меня понимает. — Мне тоже очень нравится, Аля.
Скоро мой день рождения, круглая дата, и Артем готовит какой-то ошеломительный сюрприз. Я еле упросила его обойтись без приглашенных звезд, а в остальном согласна на все.
Накануне муж улетает по делам, говорит, что к ужину вернется. Я уже подхожу к отелю, как внезапно дорогу загораживает мужчина, держащий за руку двух парней. Один из парней совсем юный, еще подросток.
С некоторым сожалением узнаю отчима и родных братьев.
Мысленно подсчитываю — это выходит Аркадию девятнадцать, а Кириллу семнадцать.
— Аленка, если тебе меня не жалко, ты хоть братьев пожалей, — скорбно взывает Берсенев.
— А зачем мне тебя жалеть? — удивляюсь я. — Разве ты инвалид?
— Ты же обобрала меня, Аленка, — полным трагизма голосом говорит Ярослав.
— Я? — даже оглядываюсь. Охранники, из вежливости остановившиеся в метре от нас, подозрительно косятся на отчима.
— Пусть не ты, а муженек твой.
Все, все отнял, ничего не оставил. Так ладно я, они теперь тоже нищие. Мы остались на улице.
Смотрю на братьев. Они в отличие от Берсенева сцену трагизма разыгрывать не торопятся и на отца поглядывают со снисхождением. Даже младший Кирилл.
— Ничего не понимаю, — качаю головой. — Может, тебе попробовать меньше пить, Ярослав?
— Он забрал все, Алена, все, — Берсенев начинает рыдать и даже вырывает у себя клок волос. — Вот, видишь? Видишь, до чего они меня довели!
Мое терпение иссякает на глазах.
Он пришел жаловаться на сыновей?
— Я не виновата, что ты воспитал их такими говнюками, Ярослав, — говорю холодно и пробую пройти.
— Что ты несешь, тупая сучка? — взвивается Берсенев. — При чем тут мои сыновья? Я говорю о твоем муже.
И тут же отлетает от меня, зажатый двумя здоровыми бодигардами. Я теперь везде хожу с охраной, их ко мне приставил главный безопасник Асадова.
— Я не знаю, что там у тебя забрали, Ярослав, но в одном я уверена. Мой муж знает, что делает, — говорю и прохожу мимо.
Уже из отеля отправляю Артему сообщение, где описываю сегодняшнюю сцену. И он сразу же перезванивает.
— Не слушай его, Аленька, он сам вор, вокруг себя такое же ворье собрал, а потом удивляется, что у него бизнес сдох, — говорит муж убедительным тоном, и я ему верю. — А насчет того, что они голые и босые, так это он врет, скотина, и не краснеет. И дом у него остался на старенькую тетю записанный, и деньги под матрасом. Ты не бойся, охрана предупреждена.
