Увидев меня, дочки подносят пальчики к губам и шипят как три маленькие змейки:
— Тс-с-с!..
— Не разбуди папочку, — добавляет Миланка.
— Что здесь происходит? — спрашиваю шепотом.
— Мы начали играть в салон красоты, а он уснул, — шепчет мне на ухо Маргаритка, и я потрясенно разглядываю спящего Асадова.
Он лежит поперек кровати у самого края, и громко похрапывает. На его лицо налеплена моя любимая корейская маска с пандой. У изголовья на стульчике сидит Марьяшка и делает из коротких асадовских волос маленькие хвостики, перехватывая их цветными резинками.
Волосы у Артема густые, поэтому хвостиков получается много.
Миланка красит разноцветными лаками ногти на руках Артема, а Маргоша — на ногах.
— Что… Что вы делаете? — спрашиваю, еле сдерживаясь, чтобы не расхохотаться.
— Мы хотим, чтобы он был красивый, — серьезно отвечает Миланка, — и тогда ты в него влюбишься.
Муки совести только-только просыпаются, чтобы изглодать меня до косточек, как тут я внезапно вспоминаю, что у Артема совещание.
И если я ничего не путаю, то через полчаса. Или все же путаю?
— Артем, — тормошу его за плечо, — у тебя совещание в три или в четыре?
Он открывает глаза, заспанным взглядом смотрит на меня, потом на часы, висящие на стене.
— В половине третьего, — восклицает сдавленным шепотом и вскакивает с кровати.
Я никогда не слышала, чтобы от смеха умирали. Но кажется, сейчас именно тот случай. У меня есть все шансы переломаться на две части, складываясь от смеха пополам.
А как не смеяться, когда Асадов мечется по номеру с маской панды на лице и с фонтанчиками из волос и цветных резинок на голове?
Я смеюсь безостановочно, помогая снимать резинки и распускать хвостики. Девочки молча наблюдают за нами, сидя на краю кровати.
— Алена, быстро подай мне рубашку, — распоряжается Артем, подлетает к шкафу и достает оттуда зачехленный костюм. На черном фоне явно выделяются разноцветные ногти.
— Стой! — бросаюсь к косметичке и достаю средство для снятия лака.
Я давно всем этим не пользуюсь, для ухоженных рук человечество придумало гель-лаки. Старые запасы выпросили дочки красить ногти куклам, и надо же, чтобы жертвой прогресса в фешн-индустрии стал их отец.
Пока Артем одной рукой застегивает пуговицы, я удаляю остатки лака на второй.
— Спасибо! — он чмокает меня в нос.
— А на ногах? — хватаю за рукав. Он смотрит на часы и безнадежно машет рукой.
— Не успеем. Так пойду.
