Но Артем уходить не торопится. Упирается в перила и смотрит задумчиво вдаль. А чего туда смотреть, если там темно и ничего не видно? Зато мне прекрасно видно его рельефные мышцы, бугрящиеся под футболкой.
Смотри, Алена, смотри сколько влезет!..
— Будешь кофе? — спрашивает он, не оборачиваясь, и я чуть не вываливаюсь из своего кокона. Вместо «да» выдаю невразумительный писк. Но Артем кивает и достает телефон.
— Еще что-то будешь? Мороженое, десерт?
Отчаянно мотаю головой.
— Я худею, — объясняю прокуренным голосом бывалого пирата.
В гортани сухо, каждый звук с трудом прорывается наружу.
Артем оборачивается, хмыкает и делает по телефону заказ. Через несколько минут в дверь стучат, это принесли кофе. Асадову приносят заказ в его номер, он уходит и возвращается с дымящейся чашкой.
Мы пьем кофе — я в своем коконе, он на балконе спальни девочек. И молчим.
— Они рассказали мне, какое испытание я прошел, — первым нарушает молчание Асадов. — Я выпытал у них сегодня в бассейне. Представляешь, я завязал им банты на туфлях.
Остановил церемонию и завязал. А ведь я этого даже не помню.
«Конечно не помнишь! Потому что ты чертов перфекционист, для которого все должно быть по правилам и под линеечку».
Но вслух ничего не говорю. Асадов явно не нуждается в моих комментариях. Ему просто нужно выговориться, я это прекрасно понимаю. Потому и молчу.
— И теперь я думаю, а что, если бы я не обратил внимание на эти ленточки? Или если бы мама не забронировала номер в «Трех звездах»? Я так и не знал бы о них.
И тебя бы не встретил, — он разворачивается, и вперяет в меня тяжелый взгляд. — Ты же не собиралась мне о них говорить? Никогда?
Я сначала мотаю головой, потом киваю.
— Нет. Да, — к счастью, в этот момент у меня прорезается голос. — Я мечтала, что девочки вырастут, станут победительницами конкурса красоты, и тогда может быть ты о них узнаешь.
О том, что в моих мечтах Асадов на тот момент обязательно должен стать старым и лысым, решаю не распространяться. Слишком опасно поблескивают у него глаза.
И слишком долго он на меня смотрит.
— Мне периодически все еще хочется тебя убить, — наконец сообщает Асадов, и я ему охотно верю.
— Что-то я замерзла, — бормочу, сползая с кресла. — Спокойной ночи, Артем…
Он кивает, допивает кофе и ставит чашку на бортик перил. А я поспешно прячусь в номере.
Глава 23
Утром меня будит стук во входную дверь. Открываю еще сонная и мгновенно просыпаюсь от вида огромной корзины с розами, которую держат двое работников отеля.
