Губы горят, как и вся кожа, и на них так отчетливо чувствуется кофейный привкус. Тело вопит от разочарования. Оно хочет остаться и послушно отправиться за этим мужчиной в спальню. Чтобы получить там все то, что обещали наши объятия.
Двери лифта открываются, и я кидаюсь в кабинку так быстро, будто от этого зависит моя жизнь.
— У вас все в порядке? Вам на первый? — тут же осведомляется парень.
— Да, на первый, — киваю.
Бергман наблюдает за мной до тех пор, пока створки не закрываются и лифт не начинает спуск.
Глава 18
От горячих прикосновений Бергмана меня всю трясет.
На то, чтобы хоть немного успокоиться, мне нужно время, которого у меня нет.
Лифт доставляет на первый этаж в считанные секунды и мне приходится мобилизовать все свои силы, чтобы с достоинством выйти оттуда и пересечь холл. Как ни в чем не бывало пройти мимо ресепшена и, наконец, оказаться на улице.
Только здесь, на свежем воздухе, сердцебиение немного замедляется, и кожа перестает так адски гореть. Впрочем, нет, не перестает. Стоит подумать о том, что между нами происходило только что, как снова вспыхиваю, словно это мог бы быть мой первый раз.
В общем-то, почти так и есть. Ведь кроме той ночи с Бергманом два года назад у меня никого не было. Но так должно оставаться и дальше. Для всеобщего спокойствия.
А все же как он целуется. И как приятны оказались его прикосновения. Такие чувственные, будто я ему действительно сильно нравлюсь. Все мое тело отзывалось на них.
Как же он нравится мне, несмотря ни на что. Он ведь и сам признался, что я нравлюсь.
Но он и в прошлый раз так говорил, а что потом.
— Евгения Владимировна, садитесь.
Мерседес, выданный Сергиевским для поездки, плавно подъезжает и водитель любезно приглашает сесть в салон. Я сейчас не в том состоянии, чтобы усидеть на месте, поэтому решаю отпустить водителя и немного пройтись.
— Большое спасибо, — вежливо отвечаю мужчине, — но у меня есть некоторые дела. Вы можете ехать в офис.
— Хорошо, как скажете.
Мерседес движется к выезду со стоянки, а я иду в первом попавшемся направлении.
Я много работаю, поэтому не будет ничего страшного, если я просто немного пройдусь, без особой цели и побуду наедине с собой. Просто, чтобы немного собраться с мыслями и отойти от произошедшего.
Шагов через двадцать я вдруг решаю обернуться. Не знаю, что сподвигло меня на это, может интуиция, или просто хотелось убедиться, что за мной никто не наблюдает. И застываю на месте.
Потому что ко входу в отель деловитой походкой вышагивает Юлька.
