— Поговорим позже. Да, как только я приеду.
Женское имя из его уст неприятно режет слух.
Кто такая Илона?
Неужели его любовница?
Она находится где-то далеко или он привез ее с собой? Поговорят, как только приедет. Куда приедет, что имеется в виду? К себе домой на острова, или где он там сейчас живет, или туда, где остановился в нашем городе?
Как долго они вместе? Если у него есть женщина, почему он клеится ко мне?
Сто вопросов роятся в голове, хотя по большому счету это абсолютно не мое дело.
Звонок — лишь еще одно напоминание, что с этим мужчиной нужно держать ухо востро.
Выходим из здания и Бергман предлагает подвезти. Его машина с водителем уже на месте, ждет только нас.
— Нет, спасибо, — вежливо отказываюсь.
В офис возвращаться смысла нет. Две минуты назад Бергман звонил Сергиевскому, и они договорились, что мы встретимся завтра.
Несколько секунд Бергман разглядывает меня, после чего кивает.
— Как знаешь.
Через минуту его Мерседес скрывается за поворотом.
Пока я шагаю вдоль шоссе и раздумываю, стоит ли поискать остановку общественного транспорта или лучше взять такси, звонит Леша.
— Да.
— Женя, привет.
— Привет, Леш.
— Жень, надеюсь, ты помнишь про сегодняшний ужин?
Честно говоря, совершенно вылетело из головы, но обижать друга считаю неправильным.
— Да, помню, конечно помню.
— Отлично. Тогда я заеду за тобой в половине седьмого? Нормально?
— Да, вполне нормально. Заезжай.
— Хорошо.
Сбрасываю вызов, убираю телефон в карман и вижу впереди остановку. К ней как раз подъезжает автобус.
Ускоряюсь и через минуту уже иду по салону, предварительно осведомившись у водителя, в том ли направлении, что мне нужно идет транспорт.
К встрече с Лешей я практически не готовлюсь.
С момента, как возвращаюсь домой, и до самого выхода из квартиры занимаюсь с Веруней. Играю с ней, кормлю, укладываю на дневной сон, отпуская Ангелину на несколько часов по своим делам. Это те самые моменты, которые впоследствии запечатлятся на киноленте счастливейших в моей жизни воспоминаний, и они только наши с дочкой.
Окунаюсь в этот океан положительных эмоций целиком, одновременно с этим пытаясь выбросить из головы мысли о сегодняшнем поцелуе и том, есть ли шанс, чтобы на этой идеальной картине присутствовал Верин папа.
Мне это почти удается.
Под Верочкиным обаяние трудно устоять и минуты, которые я провожу наедине с ней, самые ценные в моем мире. Вот, ради чего я живу и столько работаю. Чтобы у моей малышки было все, в чем она нуждается.
