– Бабушка Ниара не рассказывала, откуда у него было время на изучение миграций крачек и эррисов? Или на мотыльков Фаллориния? Он три страницы рассказывает о совместной посадке келленвида и корня брисона, а потом переходит к ягодам закия и к тому, что, если птицы мигрируют на Гедотис с опозданием, ягоды перезревают и от них вымирают целые стаи с посиневшими клювами.
– Спасибо, но обойдусь без этого, звучит ужасно.
Она поудобнее перехватила камни.
Я сжала свой камень:
– Бабушка Ниара знала, что он изучал острова?
Мира раскрыла рот, потом отвернулась:
– Знала.
И он же оставил книги только тебе, помнишь? Мне-то не положено знать о перелетных птицах или там мотыльках.
– Мира…
Проклятье.
Она ускорила шаги и оставила меня позади, а я тяжело вздохнула.
«Это было очень стыдно слушать. Не могла наговорить еще больше глупостей?» – чирикнула Андарна.
«Иди лучше поохоться».
Мы разбили лагерь, не спуская глаз с опушки, потом приготовили кроликов, которых набили Трегер с Кэт, разложили наши скатки вокруг костра и перед сном назначили караулы, оставаясь в окружении пары драконов и пары грифонов, пока остальные находились в патруле со своими всадниками и летунами.
Первыми в патруль пошли Марен и Дрейк, чье саркастическое чувство юмора, как я узнала, могло потягаться с ридоковским.
Ксейден взял вторую смену, с Мирой и Гарриком.
Когда он наконец скользнул под одеяло, одетый и даже не снявший сапоги, как и я, уже сияли звезды. Он обхватил меня за талию, потом прижал спиной к своей груди.
Я улыбнулась в полудреме, потом подтянулась поближе. Хруст древесины – и я распахнула глаза, увидев, как Даин подбрасывает дрова в умирающий костер.
– Что-нибудь видел? – прошептала я.
– Пока нет, – сказал Ксейден мне на ухо, притиснувшись всем телом, и холод, который цеплялся к нему после патруля, быстро пропал. – Но им все же придется прийти.
Я кивнула и поборола страх, пускавший корни у меня в желудке. Чувство от того, что ты наживка, было похоже на свернувшееся молоко.
Такое же кисло-противное.
Ксейден поцеловал меня за ухом, и скоро его дыхание у меня за спиной выровнялось.
«Дождитесь, когда погаснет закат, – сказала я Тэйрну, уже погружаясь в сон. – Ему нужно отдохнуть как можно больше».
Аннбриэль живет испытанием в бою, а он – лучший среди нас.
Тэйрн согласно рокотнул."
"«Вставай!» – крикнул Тэйрн как будто миг спустя, и мои глаза раскрылись, чтобы увидеть вдоль горизонта розово-оранжевую линию.
