Ей то хотелось беспрекословно следовать за ним, то вырваться и убежать за ворота, в обычную жизнь, в которой он не в силах так довлеть над ней…Они дошли до кровати, Васель развернул девушку к себе и глубоко и медленно поцеловал в губы.
– Ты знаешь, как я хотел тебя с того дня, как увидел, детка. Ты прекрасна.
Девушка наслаждалась его сиюминутной нежностью, снова распаляющей ее изнутри. Как мало ему надо было сделать, чтобы возбудить ее.
Он взял висящий на стуле темный шелковый шарф и аккуратно завязал ей глаза. – Не развязывай его, пока я не скажу, – строго отчеканил он.
– Хорошо, Васель, – сказала Влада и вдруг почувствовала, как ее ягодицу ошпарил сильный шлепок.
– Как я приказал к себе обращаться? – его слова обожгли ее ухо в буквальном и переносном смысле.
Закусив губу, Влада волнительно проговорила – Да, господин.
– Умница, – одобрительно провел он по ее волосам, – а теперь ложись на кровать.
Влада аккуратно, на ощупь легла на кровать спиной, ожидая его дальнейших действий. Она думала, что он начнет целовать ее или гладить, но ничего не происходило.
Она слышала шаги мужчины, который что – то взял со стола и когда его рука наконец прошлась вверх по ее голой ноге, она волнительно выдохнула."
"– Знаешь, куколка, в чем заключалась суть страсти между господином и наложницей? – он ласкал ее ногу, плавно водя по ней своей теплой рукой, – наложница пребывала в постоянном желании к своему хозяину, она трепетала от одного его голоса и была готова на любую его прихоть. Желание сводило ее с ума, все вокруг меркло перед красками этого желания.
Влада напряженно сглотнула и чуть не поперхнулась, когда почувствовала его горячее дыхание на своем лице.
– Сейчас я сделаю так, что ты будешь хотеть меня до безумия. Ты отдашь себя желанию, и тогда мы сможем вместе возвыситься к звездам.
С последним слетевшим с его губ горячим шепотом он резко схватил ее за ноги и стащил к краю кровати, потом быстро развел их в стороны.
– Лежи так, пока я познакомлю тебя кое с чем.
Влада заметалась, попытавшись закрыться.
Ей не хотелось быть настолько открытой, беспомощной, даже не видящей, что происходит. Она думала, он будет более нежным – и тут ее бедро загорелось от еще одного шлепка.
– Не испытывай мое терпение, Влада. Ты слышала, что я тебе сказал делать.
Девушка молча повиновалась. Странно, но она словно действительно оказывалась где – то в другом мире, в мире, где у нее нет голоса и воли, есть лишь его власть над ней. Она могла встать и сорвать эту чертову повязку.
