Тут из нового только система водопроводов, электричество, спрятанные в стенах плазмы и прочая нужная для комфортной жизни техника. Интерьер и организация особняка сохранены в первозданном виде. Знаешь, зачем тут столько дверей? Это разные половины дома – харамлик, то есть женская его часть. Вот та – мужская. Та –для гостей. Он показывал ей дом, словно свое дитя. С такой страстью и удовольствием. Он был созидателем. Это война заставила его иметь дело со смертью, пускай и косвенно. Он был рожден создавать, а не разрушать.
Тогда она смогла это, наконец, разглядеть.
– Посмотри на это, – Васель указал девушке на выложенную мозайку в форме руки в центре бассейна.
– Это хамса, Я знаю, но совершенно не помню ее значения…
– Хамса как символ появилась еще до возникновения ислама и иудаизма. Она связывается с лунной богиней финикийцев Танит. Ее до сих пор почитают как символ защиты и мусульмане, и иудеи. Кстати, когда я выкупил этот дом в обломках, обнаружил, что это изображение встречается очень часто в интерьере комнат.
А ведь здесь жили иудеи. Мусульмане называют хамсу «Рукой Фатимы», единственной дочери Пророка. Согласно легенде, она однажды помешивала еду на огне, а в этот момент ее муж Али привел в дом девушку, на которой только что женился. От боли в сердце Фатима уронила ложку и стала помешивать еду рукой, не обращая внимание на боль. С тех пор хамса стала символом терпения за веру. Это символ пяти столпов ислама. К тому же многие сельские жители верят, что она приносит дождь. Ты, наверное, знаешь, что дождь до сих пор даже в арабских городах, в том числе и в Дамаске, считается благословением Бога.
В мечетях совершают специальные молитвы с призывом о дожде. Когда на улице дождливая погода, друзья звонят друг другу и поздравляют «с дождем»…
– Символом терпения за веру? Эта легенда скорее говорит мне, что хамса – символ боли женщины, которой приходится делить с кем – то любимого… – вымолвила она.
Васель терпеливо вздохнул, внимательно посмотрел в ее глаза.
– Поверь мне, наши женщины не относятся к этому так, как ты думаешь.
Это сложно… Но ты поймешь со временем…
Зачем он это ей сейчас говорил? Как еще можно к этому относиться… Ее сердце непроизвольно сжалось в болевые тиски, но она решила отодвинуть мысли об этом прочь. Здесь и сейчас они были бесконечно далеки от древних легенд и обсуждения сущности идеи многоженства…
– Пойдем дальше, – он взял ее за руку, не зацикливаясь на этой теме, и повел в направлении самого дома. – Покажу тебе еще кое – что.
