Вряд ли кому-то видно, чем мы тут заняты, но Джейми окидывает озеро встревоженным взглядом. Он боится, что нас увидят.
Блядь. Я не хочу отпугнуть его.
— Может, домой? — спрашиваю я, и подтекст у этого вопроса такой: «может, подурачимся снова?» Если нет, пусть прямо так мне и скажет. Избавит меня от мук.
Он облизывает губы.
— Да, — говорит. — Давай. — Потом отталкивает мою руку. — Только прекрати вот это, иначе я не смогу вылезти из воды.
Я немедленно подчиняюсь.
Спустя пять минут мы заходим в общежитие.
Оставляем на старой плитке полов цепочку мокрых следов, но сейчас лето, и это обычное дело. В коридорах стоит тишина. Значит все дети ушли на ужин.
Без единого слова мы заходим к нам в комнату и закрываем дверь. Первым же делом я сбрасываю шорты с боксерами на пол, куда они падают с мокрым шлепком. Джейми следует моему примеру, и мы остаемся стоять друг против друга полностью нагишом. Когда я замечаю в его глазах испуг, у меня обрывается сердце. Я боюсь услышать «нет, еще раз я не могу».
Однако он произносит другое:
— Только нам надо бы не шуметь.
На моем лице расплывается улыбка шириной с Миррор-лейк.
— Можешь кусать подушку, когда я заставлю тебя кричать.
Стоит мне шагнуть к нему — и он делает прерывистый вдох. Я сразу же замираю.
— Ты уверен, что хочешь этого? — Я прикусываю изнутри свою щеку. — А то тебя целый день бросало со мной из крайности в крайность.
Он кивает.
— Надо было разобраться кое с чем в голове.
Я бросаю выразительный взгляд на его очень заметный стояк, и его рот дергается в улыбке.
— Мы с моим членом достигли взаимопонимания.
— Да? И что вы решили? — осторожно интересуюсь я.
Он пожимает плечами.
— Что ты нам обоим нравишься.
О, да, блядь.
Я стираю остаток расстояния между нами. Уже твердею, что совершенно не удивительно, ведь я мечтал об этом весь день. Мои ладони ложатся на его прохладную после воды кожу, кончиками пальцев я задеваю его соски, и они моментально сморщиваются. Рядом с моим ртом — его ухо, и я засовываю туда язык, заставляя его резко ахнуть.
— Ко мне на кровать. Быстро, — шепчу я.
Две секунды — и он уже там, а я, растянувшись поверх него живым покрывалом, вклиниваюсь языком ему в рот. Джейми стонет, но я слишком поглощен его вкусом, что волноваться о чем-то еще. Мои пальцы в его волосах, ощущение его горячего, твердого тело — это все, что я когда-либо хотел и буду хотеть.
И он тоже наслаждается происходящим.
