— Если б меня спросили, какой единственной вещи учить их, я бы выбрал именно это. В игре на высоком уровне у тебя всего один шанс с шайбой. Если тратить время на поиск позиции поудобней, ты, считай, проиграл.
— Угу. — Но каждый раз, когда он произносит «первое касание», я вспоминаю касания совершенно иного рода. Разговаривая, он активно жестикулирует, и я не могу оторвать глаз от его бицепсов, от волосков на его руках — светлых и, как мне теперь известно, таких мягких наощупь. Я представляю, как снимаю с него футболку, чтобы покрыть поцелуями его грудь, и мой член наливается тяжестью.
"
"Надеть нейлоновые спортивные шорты было не самой умной идеей. И что хуже всего, возбуждение — не единственная моя проблема.
Вчера ночью я спросил Джейми, собирается ли он запаниковать. Забавно, что именно этим весь день занят я сам.
Этот парень выносит мне мозг. Сначала ведет себя так, будто ничего не случилось. Потом выпроваживает меня за дверь, чтобы он мог «вздремнуть». Ага, вздремнул он. В смысле, я же не вчера родился.
Когда я вернулся и увидел его виноватую физиономию, то сразу понял, чем он тут занимался. Вместо сна этот засранец дрочил.
Я был бы счастлив помочь ему с этим делом, но очевидно, он предпочел бы справиться соло, нежели разрешить мне еще раз к себе прикоснуться.
Вот только… потом он исподтишка оглядел меня. Еще раз — я не вчера родился. Я видел, как он смотрел на меня перед тем, как мы вышли наружу.
Иисусе. Хорошо, что он не регулировщик в пробке, а то из-за этих его противоречивых сигналов я бы посбивал машин десять.
Я сделал вид, будто ничего не заметил, но внутри меня — хаос. Потому что я не имею ни малейшего представления о том, что творится у него в голове.
Вообще.
Засовывая в рот кончик вафельного рожка, я хочу одного. Умыкнуть его назад в наше логово и проделать с ним очень-очень грязные вещи. Но какова вероятность, что это вообще возможно? Пока что мне известно всего два факта. Первое: у Джейми Каннинга может встать на меня. И второе: то, что мы сделали, не привело его в ужас.
Что потрясающе. Мне настолько не верится, что я провел одну удивительную ночь с любовью всей своей жизни, что хочется ущипнуть себя. Но это, блядь, еще ничего мне не гарантирует. Он ничего мне не должен. Этот маленький эксперимент может ему наскучить. Если уже не.
Эта мысль пугает меня. Потому что и близко им не наелся. Черт, когда дело касается Джейми Каннинга, я становлюсь ненасытным обжорой.
— Вес?
— Что? — О, черт.
