А может, все это чушь, и, если б мы остались друзьями, то смогли бы забыть ту давнюю глупость, протяженностью всего один час.
Между тем в баре становится слишком жарко. Если та официантка принесет мне рутбир, то меня может потянуть им облиться. Да еще молчание между мной и моим бывшим другом с каждой секундой растягивается все больше.
— Столько народу, — через силу говорю я. Совсем тихо.
— Ага. Хочешь? — Он протягивает мне бокал.
Я делаю жадный глоток, и наши глаза встречаются поверх ободка бокала.
Его самоуверенность сбивается на миллиметр или два. Взгляд задает вопрос. Ну что, как мы протянем следующие полчаса?
Сглотнув, я принимаю решение.
— Как позорно в том месяце «Брюинз» продули «Дакс», а[13]?
И его надменность возвращается со скоростью света.
— Вам просто повезло. А в третьем периоде ваш вингер сам споткнулся о свои косолапые ноги.
— С небольшой помощью ващей защиты.
— Ой, да иди ты. Двадцать баксов на то, что «Дакс» в этом году не пройдет дальше четвертьфинала.
— Всего лишь двадцать? — в притворном шоке ахаю я. — Да ты, похоже, боишься. Двадцатка и видео на YouTube, прославляющее мое величие.
— Заметано, но если проиграешь ты, то запишешь такое видео в футболке «Брюинз».
— Окей. — Я пожимаю плечами. И все — в один момент напряжение в атмосфере начинает спадать.
Появляется официантка — с двумя бокалами рутбира и адресованной Весу голодной улыбкой.
— Спасибо, куколка. — Он сует ей двадцатку.
— Дай мне знать, если захочешь что-то еще, — мурлычет она с чересчур заметным намеком. Господи. У хоккеистов обычно не бывает проблем с интимом, но мой старый друг явно наслаждается тем, какое впечатление производит. Впрочем, она тоже секси. Роскошная грудь и обаятельная улыбка.
И идеальная попка, которую Вес, однако, не удостаивает и взглядом.
Когда официантка уходит, он раскидывает руки в стороны и ухмыляется группе окружающих его хоккеистов.
— Черт, мы прямо как малолетние телки.
Рутбир и имбирный эль — и это в пятницу вечером. Кто-нибудь, позвоните копам. Или давайте, что ли, сыграем в дартс.
— В настольный хоккей! — кричит кто-то. — Я видел стол в игровой комнате.
— Кассель! — Вес хлопает по плечу стоящего рядом парня. — Ну-ка, напомни, кто выиграл в прошлый раз?
— Ты, придурок. Потому что сжульничал на штрафных.
— Кто, я?
Все смеются. Но мои мысли — конечно же — цепляются за слово «штрафные».
